А связка… Я нашел способ разорвать эти путы и уже неделю в ней не состою! — пройдя к правой стене и вставая напротив королевы, не обращая внимания на ее горящий ненавистью взгляд, он спросил. — Как же ты, наше сердце, не заметила, что один кусочек от тебя откололся? Я сам тебе отвечу: просто тебе, да и остальным, плевать на меня! Для тебя всегда существовал лишь Орших. Даже как-то несправедливо: он один принял тебя в штыки, а мы, наоборот, поддерживали, жалели, заступались, но своей любовью ты отчего-то одарила именно его. С самого начала наш маньяк был вне конкуренции, куда уж нам до него!

— Это неправда! Я всегда любила вас всех, вы все четверо были моими братьями! — закричала мама возмущенно. — А не почувствовали мы твоего ухода, потому что один из нас в тот период времени едва не умер, подкосив всех.

— Не ори! Не надо пичкать меня этими байками! Куда бы мы ни пошли, ты неизменно либо трешься об бок демона, либо полируешь своим задом его колени. Я удивляюсь, как твой бешеный это терпит?! Мне кажется, не было бы в твоей жизни Дэя, вы бы с демонёнком из постели не вылезали.

— Солтон, ты идиот? Ты сам-то понимаешь, какую чушь мелешь? — голос королевы звучал устало. — Орших мой брат и муж моей дочери, на этом все, точка!

— А как ты будешь жить без связки, — привлек я его внимание к себе. — Ведь теперь доступ к жизненной энергии палача тебе закрыт, а без нее не будет долголетия.

— Мне его даст источник, разве ты не знаешь, что он оберегает своего хозяина, так что смерть от старости мне точно не грозит, — ответив, он снова вернулся к королю, пройдясь взглядом по бесчувственному телу, Сол улыбнулся. — Непривычно видеть Несокрушимого таким беспомощным и полностью в моей власти, — он пренебрежительно толкнул отца в висок, от чего его голова безвольно повернулась на бок. Мама при виде этого вскрикнула, а я дернулся, оковы впились в мышцы, удерживая на месте. В этот момент лопнуло третье заклинание, и тьма заструилась по моим венам, прося порвать в клочья того, кто обидел ее любимчика. Закрыв глаза, пряча от некроманта заплескавшуюся в них лаву, мысленно обратился к бушующей во мне силе: «Потерпи, еще не время, я должен снять «Цепь на зверя», когда начнем атаковать, мне надо быть во всеоружии!» — как ни странно, в этот раз черная магия меня послушалась и смиренно затихла, лишь недовольно урча."

"— А нагиня, каким боком она во всем этом замешана? — почувствовав, что тьма успокоилась, снова обратился к Солтону.

— Я же давал тебе подсказку. Это и правда долг! Она была первоклассной воровкой, во время очередного дела нарвалась на стражу, и ее зацепило «Черное проклятье».