— Джессап был самым злым сукиным сыном из всех, кто ходил по тюремным коридорам, но за закрытыми дверями он превращался во влюбленного щенка и готов был сделать все, что Эйс его попросит… и наоборот.

— Думаю, тогда тебе повезло.

— Еще как, черт возьми. Команда Эйса не делала ничего криминального. Понимаешь, о чем я? Большинство банд пытались добиться власти внутри блока посредствам насилия. Эйс занимался совсем другим — наставничеством и консультированием. Я помогал с репетиторством и вел занятия в столярной мастерской вместе с еще двумя охранниками Эйса. Черт, это то, что держало меня в здравом уме — возможность продолжать проектировать и строить.

— Почему Эйс взял тебя к себе в группировку, если по твоим словам все ненавидят сексуальных преступников? — Шейн намеренно не сказал «насильник». Он никогда не скажет этого слова в отношении Лу."

"— Поначалу я тоже задавался этим вопросом. Именно поэтому я несколько раз отказывался присоединиться к нему, думал, он хочет меня подставить. Я понятия не имел, каким образом он смог добиться такой власти там и это до усрачки меня пугало. Но он сказал, что я кое-кого ему напоминаю.

Он никогда не говорил, кого именно, просто кого-то, кого он потерял много лет назад. Будто бы у меня точно такие же глаза, как были у того человека.

— Боже, ну да, с этим не поспоришь. Я до сих пор в восторге от твоих глаз. Никогда не встречал никого, чьи глаза так же были бы способны «говорить», как твои.

Шейн накрыл ладонью руку Лу, которая все еще продолжала лежать на его бедре. Легкий розоватый оттенок на щеках Лу согревал его сердце.

— Так где же Эйс теперь?

Лу опустил голову, печально вздохнув.

— Все еще там.

— Сколько ему еще сидеть?

— Я не знаю. Я писал ему, но… ладно. Он должен скоро выйти на условно-досрочное. Я не знаю, когда точно. Это своего рода вещь, о которой не принято спрашивать и говорить там. Если поинтересуешься у кого-нибудь о дате выхода на свободу, можешь схлопотать по роже огромным кулаком.

— Черт, а там до хрена правил, которые нужно помнить.

— Да, и ты должен следовать им, потому что от этого зависит твоя жизнь.

— Я рад, что ты справился с этим и выбрался оттуда, Ллевел. И очень рад, что ты приехал именно в Хендерсон.

Шейн свернул на улицу Мисс Пэт, чувствуя, что по-настоящему знает Ллевелина. Знает его лучше, чем кто-либо другой, за исключением разве что его брата. Он завоевал доверие этого огромного сложного парня. Должно быть, именно поэтому Лу все-таки рассказал ему о самом травмирующем периоде в его жизни.

— А вот и большая доза, — рассмеялся Лу.

Шейн увидел симпатичного мужчину среднего телосложения, который стоял прислонившись к кузову большого пикапа с прицепом, полным мебели.