Росс как раз закончил разговор с Михаилом о дальнейших действиях.

— Вы прямо пропали, — сказал он, — там кофе остывает.

— Да, тут звонок за звонком, — ответил Ростислав, заходя обратно в кабинет директора.

Крест лежал на столе. Снова увидев артефакт, опричник задумался, как поступить.

— Иван Борисович, — произнес он, — скоро сюда приедет наш общий знакомый Игорь и объяснит все лучше меня. У меня есть еще несколько вопросов.

— Задавайте, — пожал плечами директор музея. Этого странного человека всю жизнь ждал его отец, учитель его отца, да и он сам.

Но сейчас он был уже не слишком рад этой встреч, предчувствуя множество наметившихся проблем.

— Как приедет Игорь Воротынский, покажите ему браслет…

— Что? Игорь тоже? — с удивлением поднял брови директор.

— Я не могу всего рассказать, но браслет действительно означает принадлежность к тайному ордену и прошу отнестись к этому очень серьезно, — продолжил опричник, — то, что ты не знал о том, что Игорь, тоже состоит в Тайном Приказе, неудивительно. Видимо, был момент, когда ради сохранения этой организации все вертикальные связи были разорваны и потомки отдельных членов ее теперь не знают друг о друге.

— Отец мне много объяснял про то, что должны и не должны делать члены Тайного Приказа, но до сегодняшнего дня это все казалось словно ролевой игрой…

— Это не игра, — оборвал его опричник, — это вопросы жизни государства, которое сейчас называется Россия и людей, живущих в нем."

"Иван Борисович молча смотрел на своего нового знакомого, не зная, как реагировать на его слова. Пафосных фраз о судьбе страны он слышал много и часто.

Но то, как это прозвучало из уст Ростислава вызывало другое ощущение. Его немного не характерное для современников поведение и манера говорить, какая-то незнакомая энергетика, которую он излучал вызывали желание встать по стойке смирно, отдать честь и сказать «есть».

Для опричника это было неудивительно. Как построить разговор, какой заговор прошептать и как склонить человека, чтобы он озадачился твоей целью, как своей Ростислава обучали лучшие мастера своего времени.

— Иван, — спросил Росс, — крест вот перед нами, и это хорошо.

У меня вопрос: есть версия, где сам посох, который он венчал? Что известно о его судьбе. И почему он был разделен на составные части?

— Ну, здесь я действительно могу только версию высказать. Самая простая: это то, что посох был деревянный и мог не сохраниться. Жемчуг, которым он был украшен тоже недолговечен, а вот сам крест из металла, поэтому благополучно пережил несколько столетий, — начал Иван Борисович и, усмехнувшись, добавил, — был бы из золота мог бы и не пережить.