Но я верю в успех и желаю, чтобы мы вернулись с победой!

Ему поаплодировали, Диана обняла, не в силах сдержать грустное выражение лица, и экипажи двух кораблей поспешили к своим совершенным, зализанным фрактальной геометрией машинам: с «Великолепным» отправлялся и корвет «Сахалин» с капитаном Америго Кучиным. Корвет должен был сопровождать корабль Дроздова до границ Млечного Пути, а затем выполнять собственное задание.

Фрегаты вовсе не походили друг на друга, как ракеты прошлого века, и были красивы каждый по-своему. Душа пела, когда Дарислав рассматривал их и ощущал их мощь и надёжность. Летать на таких чудесных аппаратах было лестно для любого космолётчика.

Экипажи кораблей были стандартными, а вот состав пассажиров они имели разный и служебные задачи решали неодинаковые. На «Великолепном» разместились девять экспертов, преимущественно специалисты в области безопасности и главные квалификаторы экспедиции: Шустов, как начальник исследовательского отряда, и командир спецгруппы безопасности ЦЭОК майор Сабуров.

В прошлом рейде к планете Пушистая академик чуть не погиб, попав вместе с капитаном Дроздовым, командиром фрегата «Великолепный», и своими коллегами под психоэнергетический удар «сошедшего с ума» защитника планеты – машинного интеллекта на основе крошечных «компьютеров» – наноботов. Но медикам удалось спасти космопроходцев и быстро вернуть их к работе, тем более что мотивация у Игоря Ильича имелась: Реестр Мёртвой Руки открывал перед исследователями невероятные горизонты. Поэтому когда встал вопрос об экспедиции к Ланиакее, Шустов сделал все возможное, чтобы его научная группа была определена на «Великолепный».

Коллектив же на борту «Сахалина» был поскромнее: шесть человек, все с учёными степенями, от самого молодого участника, тридцатидвухлетнего Васильченко, тем не менее доктора медицинских наук, до старейшего, девяностолетнего академика Белибея Асланбекова, профессора, доктора исторических наук и археокриптолога. По пути корвет должен был завернуть к системе Траппист-Белая и снять отработавшие там беспилотники.

Мест в жилых зонах кораблей хватало, и все пассажиры заняли места в каютах, имевших защитные ложементы.

Шустов и Сабуров расположились в своих каютах.

Дарислав занял кресло на посту управления фрегатом, за спиной капитана Дроздова:

– Поехали? – обыденным тоном спросил капитан.

Дарислав, испытав невольное волнение, с любопытством посмотрел на Дроздова.

– Вы в самом деле не испытываете никаких эмоций, Вильгельм?

– Почему, переживаю, – спокойно ответил Дроздов. – Но уже вряд ли сосчитаю, сколько раз я командовал «поехали». Господа, прошу пристегнуть привязные ремни, взлетаем.