Эта мысль была ужасно неприятна, она царапала внутри острым коготком.

— Что ж, придется тебе самой поработать моделью. Раздевайся! — приказал мужчина.

Ева только что вернулась с работы, она устала и еще даже не приняла душ. Она уже было открыла рот, чтобы выразить деспоту свое возмущение. Его требовательный тон перечеркивал ту симпатию, которая уже зародилась между ними. Когда Шведов вел себя ласково и заботливо, Ева могла бы вообразить, что она просто его сексуальная партнерша, и все у них по обоюдному согласию.

Но в такие моменты, как сейчас, Ева остро чувствовала, что она — вещь, рабыня.

Отрабатывает долг, выполняет условия сделки.

Однако… Взгляд Шведова обжигал. Как бы там ни было, их двоих уже связывали невидимые нити испытанного наслаждения. Ева прекрасно знала, что ей сулит это «раздевайся!». Она ощутила, как ее окатывает горячей волной. Кровь прилила к щекам, дыхание участилось, желание — мощное, неуправляемое — заставило затрепетать все ее тело.

«Ладно, — с усмешкой подумала Ева. — Разденусь. Сейчас устрою тебе стриптиз!»

Она уставилась прямо в глаза Шведову и начала медленно расстегивать шелковую блузку.

Пышные рукава заканчивались широкими манжетами, каждая с тремя крошечными пуговицами. С ними всегда приходилось помучиться. Но сейчас Ева, скорее, мучила партнера. Он следил за ее манипуляциями затаив дыхание. Макс превратился в истукана, хотя его карие глаза уже пылали.

Сняв блузку, Ева медленно завела руки за спину и расстегнула бюстгальтер. Одновременно прикусила губу и опустила глаза. Теперь ей уже стало интересно, как долго Шведов сможет вытерпеть пытку. Он тоже раскраснелся, его мощная грудная клетка ходила ходуном, хотя дышал он совершенно беззвучно.

Бугор в джинсах выпирал все больше. Ева коварно улыбнулась, уронила лифчик на пол и погладила свою грудь. Кожа была шелковистой, соски давно уже сморщились, напряглись. Ева вдруг представила, что Шведов играет с ними языком, и едва не застонала от желания — оно обрушилось лавиной.

Макс продолжал сосредоточенно наблюдать. Он не шевелился, не делал попыток приблизиться. Ева занялась узкой юбкой-карандаш, подчеркивающей ее идеальные бедра. Расстегнула молнию, стянула вниз — при этом умышленно сильнее вертела попой, чем было необходимо.

Переступила через ком ткани на полу, оставшись в полупрозрачных шортиках и чулках.

У Макса был такой вид, будто сейчас его хватит удар. А ведь Ева еще не избавилась от шортиков. Их украшали игривые бантики, это было очаровательное изделие знаменитого и дорогого бренда. Ева снимала эту деталь очень-очень медленно, тянула вниз по бедрам эластичную ткань, при этом и сама возбуждалась все больше.

Шведов совсем перестал дышать.

И вот девушка осталась в одних чулках — уже не в первый раз.