— Какая хорошая девочка… Ты вся течешь, ты такая мокрая… Хочешь меня? Да? Скажи.

— Я вообще-то… уже собиралась… идти наверх… — срывающимся голосом прошептала Ева. — Мне надо одеваться… краситься…

— Успеешь.

Макс придавил Еву к барному стулу. Сквозь тонкую футболку она чувствовала грудью мягкую кожу сиденья, а сзади навалился пылающий страстью мужчина. Его тело горело, он тяжело дышал.

Момент проникновения был томительно-нежным, Ева не удержалась от стона. Чувствовать в себе мужчину, его воинственную твердую плоть — это было прекрасно. Но нежности Макса хватило только на первое движение.

В следующий миг он уже вколачивался в девушку с неистовой силой и в диком темпе, и если бы Ева не вцепилась в мягкое сиденье, она бы обязательно куда-нибудь улетела.

Стесняться было некого, они в доме одни, до соседских особняков далеко… Ева закричала, и этот вопль освободил ее, вывел за рамки приличия, условностей. Через несколько минут ей хотелось уже даже не кричать, а визжать. Макс не останавливался, одной рукой он стиснул ее плечо, а вторую запустил в Евины волосы, и продолжал таранить, буквально хлестал бедрами — настолько большой была амплитуда движений.

Они сумели достичь вершины одновременно, синхронно забились в сладком оргазме, а затем притихли. Макс навалился сзади, обмяк, уткнулся носом в шею. Он тяжело дышал. Ева чувствовала спиной, ягодицами, бедрами все его пылающее тело. Но он тут же приподнялся, чтобы не раздавить ее.

Ева заплакала, слезы покатились из глаз.

— Что ты, милая?! Что? Я сделал тебе больно? — испугался Макс. — Маленькая, что с тобой? — он повернул девушку к себе, взял ее лицо в ладони.

Ева с большим трудом выпрямилась.

После такого бешеного сеанса ноги ее не держали, она повисла на руках у партнера. Она молча помотала головой, всхлипнула. Макс целовал ее в мокрое лицо, в зажмуренные глаза, нежно прижимал к себе.

— Ну что, а? Почему ты плачешь?

— Все… я уже… не… плачу.

— Я грубо все это сделал, да? — Макс постучал себя кулаком по лбу. — А ты такая хрупкая, нежная… А я набросился, как зверь. Прости меня, крошка!

— Нет, все хорошо.

— Правда?

— Да, все нормально.

— Но почему ты плакала? — Макс большим пальцем приподнял Евин подбородок, заставил посмотреть в глаза.

— От удовольствия, — призналась Ева.

*****

«Почему он так смотрит? Чувствует, чем я занималась утром? Или просто ему нравится мой костюм?» — подумала Ева."

"Сегодня она выбрала элегантную брючную пару серого цвета с металлическим отливом, а к нему белоснежную блузку с пышным воротником. Фиолетовый плащ и замшевые ботильоны на высоченном каблуке очень подходили к костюму. На улице было так хмуро и холодно, будто уже наступила осень. Добираясь до галереи, Ева даже включила в машине обогрев.