Мистер Миллинг был к тебе чрезвычайно добр и щедр…

– Он следил за мной, – вырвалось у меня.

– Что?

Ну зачем я это сказал! Теперь придётся объяснять то, что мне хотелось сохранить в тайне.

– В том перочинном ножике, что он мне подарил, было подслушивающее устройство.

Анна смотрела на меня ошарашенно. Словно дикобраз, только что радовавшийся новой норе – и вдруг обнаруживший, что там засел медведь.

В растерянности она опустилась на стул:

– Ты уверен? Откуда ты…

Вот смешные. Они же сами видели, как ножик взорвался в горячем озере. Наверное, просто не задумывались, почему это произошло.

Я попытался всё объяснить, не раскрывая главных секретов и умалчивая о многих фактах. Например, о том, что мы разоблачили муху-шпиона, который по поручению Миллинга следил за мной в школе. И что наверняка существуют и другие шпионы, которые докладывают о моей жизни моему бывшему наставнику.

Когда я закончил, в кухне воцарилась тишина. Анна и Дональд переглянулись. Потом Дональд откашлялся и сказал:

– Все это, конечно, несколько необычно. Но у богатых людей совсем другая жизнь, чем у нас с тобой, Джей.

Им чаще угрожают, и потому им приходится больше заботиться о своей безопасности. Может быть, он просто хотел удостовериться, что ты не разболтаешь важную деловую информацию или что-то в этом роде.

Я был просто раздавлен. Посмотрев в глаза Анне, я увидел, что она меня любит, возможно, не меньше, чем собственных детей, и… что она согласна с Дональдом.

Дональд продолжил уже более строго:

– Ты должен как можно быстрее помириться с Миллингом. Лучше прямо сегодня. И тогда ты вместе со всеми остальными людьми сможешь радоваться, когда его изберут в конгресс.

Со всеми остальными людьми! Мои приёмные родители не понимают, о чём говорят! Они даже не подозревают, что Миллинг ненавидит людей, потому что те убили его жену и дочь.

Я ничего не ответил, лишь беспомощно опустил голову.

– Джей? – в голосе Анны я услышал теплоту и сочувствие. – Я знаю, очень тяжело извиняться, если несправедливо кого-то обидел. Но ты справишься.

Они оба ну ничегошеньки не подозревают! Если Миллинг захочет – он просто подкараулит их в облике пумы и перегрызёт им глотку. И я не уверен, достанет ли моих сил, чтобы помешать ему.

Или он может подослать свою подручную – ядовитую гремучую змею, и она закусает их до смерти. А Анна собралась помогать ему на пути к ещё большей власти!

Я молча встал. Дональд попытался удержать меня, но я вырвался и побежал в свою комнату на третьем этаже.

Но уже на втором этаже меня ждали. Мелоди, восьмилетняя дочь Анны и Дональда, сидела на ковровой дорожке, покрывающей ступени лестницы. В руках она сжимала любимую игрушку – лошадку с длиннющей серебристой гривой.