Только сейчас отец рассказал ему, что хотел вернуться, но по сути, мать сама подтолкнула его к женитьбе на Веронике. И Макару совсем не нравилось, что в глазах старшего Демидова вторая семья так и осталась на втором месте.

Отец больше не хотел детей, сестренка родилась только после того, как не стало матери Макара. Его отношение к Веронике было скорее снисходительным, а она такого совсем не заслуживала. Она любила его, Мак видел это своими глазами, и в который раз убеждался, что брак должен быть один — раз и навсегда.

Вот только спроецировать отношения родителей на себя у него никак не получалось.

Он сравнивал свое отношение к Алене и получал кальку родительских отношений — ровные, теплые и… домашние. Он так давно знал Алену, что ему казалось, они уже породнились. А вот ураган по имени Эвангелина в эту кальку никак не вписывался. Значит, их отношения и есть та самая похоть, инстинкты, о которых без конца твердила мать?

Это переворачивало с ног на голову все его представления о чувствах, такие отношения изматывали, потому что превратились в самую настоящую зависимость.

Он не кривил душой перед другом, говоря, что лучше бы их не было. Да, наверное, Макар тысячу раз предпочел бы им привычную тихую и спокойную любовь. Но как наркоман, с первого же раза пристрастившийся к дозе, отказаться от Эвы сам Макар не мог. Поэтому он сделал Эве предложение. Оставалось только понять, как ко всему этому относится Эва.

Несмотря на то, что он изучил каждый сантиметр ее тела, эта девушка оставалась для него темным неизведанным омутом. Если Мак знал, что нужно делать, чтобы она выгибалась под ним с хриплыми стонами, то как сделать, чтобы в ее глазах мелькнула жизнь, он не знал.

Она открылась лишь несколько раз — когда он позвал ее с собой жить, когда надел на пальчик колечко, иногда в ее глазах появлялся живой блеск, когда они ужинали дома или в обнимку смотрели телевизор. Тогда ему казалось, что она вся его, его Эвочка. Но бывало и такое, что блеск становился холоднее ночи, и Макар ощущал себя бесконечно далеким, как тогда, когда он нашел ее по геолокации на окраине города в дешевом кафе.

Она была в таком состоянии, что расспрашивать о чем-то он просто побоялся.

Тут и идиоту было ясно, Эва с кем-то встречалась, и этот кто-то довел девочку до такого состояния, что она даже говорить не могла. Этому обстоятельству Макар в некоторой степени был даже рад — скажи она имя этого урода, и Мак уже сидел бы за убийство.

Это был первый в их жизни раз, когда она отказала ему в сексе, Макар до сих пор помнил ее полные боли глаза, эта боль прорывалась сквозь кокон, в котором спряталась Эва, и разрывала его сердце на куски.