"

"– Мелена, – я мягко потянул ее на себя, – прости меня за те слова. Я никогда так не думал. Я хотел оттолкнуть тебя, но сам без тебя никто. Ты нужна мне, очень нужна. – Я прижался губами к светлым волосам с запахом диких ягод. – Я хочу вместе растить нашу дочь. Хочу всегда быть рядом. Засыпать и просыпаться в твоих объятиях. Мышка моя…

Я чувствовал, что ее бастионы дрогнули – Мелена больше не отталкивала меня. Я смогу убедить ее дать мне шанс.

– Марк, – она подняла на меня глаза, и я понял, что мне конец, – не держи меня, – попросила тихо. – Я хочу понять кто я и чего хочу. Дай мне стать настоящей.

Я теряю ее. Крепко держу, а мышка, как песок, сквозь пальцы ускользает. Можно нажать, надавить, заставить, но тогда я потеряю ее окончательно и бесповоротно. Отпустить, чтобы удержать – это невозможно сложно. Все, пиздец: кажется, мышка все-таки съела кошку…

Мелена

– До понедельника, Сюзи, – улыбнулась я, помахав девочке на прощание. Мы жили в паре кварталов друг от друга, и я подвозила ее домой, когда получалось.

Уже месяц как мы живем в Калифорнии. Уже месяц как я рассталась с Марком. Сегодня он должен прилететь, поэтому я отчаянно спешила домой. Да, вот такой парадокс. Убежала, но с замиранием сердца ждала.

Я до сих пор в мельчайших подробностях помнила вечер, когда мы объявили во всеуслышание, что расходимся. Шумный ужин с родней Марка, веселый и теплый. Они ждали объявления о предстоящем бракосочетании, а получили уведомление о расставании.

Черт, я не был женат, а чувствую себя разведенным.

Именно так сказал Марк, криво усмехнувшись. Он отпустил меня, и я была благодарна за понимание. Он не бросил меня – и за это тоже благодарила. Он не обозлился, не вычеркнул нас с Кити из своей жизни, не забыл, как некоторые горе-отцы. Марк помогал мне, и я принимала его помощь.

Я привыкла жить у воды, поэтому выбрала спокойный и благополучный Монтерей. Небольшой домик у океана – то, что мне было нужно: достаточно уединенно, чтобы привыкнуть, но не на отшибе.

Я быстро нашла место педагога по классу фортепиано в частной творческой студии. Работала всего три часа в день. За каждый час мне платили пятьдесят долларов – мои первые лично заработанные деньги!

Мне не хотелось разлучаться с Кити надолго, хотя из Дороти получилась превосходная няня, ревностная и любящая. За мою дочь она откусит голову! В этом они с Пенелопой очень похожи. Она, кстати, очень расстроилась расставанию с малышкой. На Каймановых островах мы были относительно рядом, сейчас – не одна тысяча миль нас разделяла. Я была рада всем гостям, потому что не собиралась лишать дочь корней. И тем более отца. Марк это знал и прилетал каждые выходные.

Он помогал нам устроиться, и от помощи я не отказывалась. Он имел право ее оказывать, а я принимать.