Она до сих пор боялась меня, и только я в этом виноват. Я ничего не сделал, чтобы мышка была во мне уверена. Чтобы верила мне. Как вообще мысль допустил, что смогу расстаться с ней: такой красивой, нежной? Материнство украсило ее. Теперь передо мной не просто мышка-малышка, а прекрасная женщина.

Мелена улыбнулась робко и поднялась, в кроватку драгоценную ношу положила. Кити заснула.

– Она такая красивая, – шепнул я. – Как ты.

– И требовательная, – добавила Мелена. – Как ты.

Я согласно кивнул: что есть, то есть.

Дочка завозилась, и мы вышли на террасу, прикрывая стеклянную дверь. Мелена положила руки на гладкие перила, подставляя солнцу красивое лицо, а я сзади подошел, обнял ее за талию, прижимаясь к ней. Всем телом потерся, показывая, как нуждаюсь в ее ласке. Боже, как я скучал! И не только физически. Мне Мелена вся нужна. С ней так уютно молчать или говорить о простом, но очень важном. Между нами была близость, какая-то сакральная связь – даже я больше не смел отрицать, что она действительно была. Сбросил пелену жгучей ненависти и прозрел. Счастье – оно вот оно. И не нужно ничего выдумывать. Просто живи.

– Долго будешь от меня бегать? – шепнул, прихватывая нежную кожу на загривке.

– Всю жизнь, – обернулась в моих объятиях мышка.

– Долговато, не находишь?

Мелена только плечами пожала. Понятно, уговоры и тонны ванили нужны.

– Давай куплю розовых единорогов и пони на радуге и буду терпеливо жить среди этого мимишного безумия. Все, что хочешь.

– Не нужно больше ничего покупать, – она попыталась высвободиться.

– Мелена, ты нужна мне, а я тебе. Ты моя. Я с ума по тебе схожу.

– Моя, нужна, хочу, куплю… – горько произнесла она. – Как у тебя все просто.

– А почему должно быть сложно?! – сказал и прижался к ее губам, едва сдерживаясь, чтобы не съесть, не наброситься, как дикарь на изысканное яство.

Мелена попыталась сопротивляться, но это длилось меньше секунды, потом она смяла футболку на моих плечах, агрессивно отвечая на поцелуй. Изголодалась, девочка моя.

Я рывком стянул с себя майку и дернул завязки невесомого сарафана, освобождая тяжелую грудь. Мышка потерлась об меня острыми сосками, ожоги невидимые оставляя, и опустилась на колени: сама ремень расстегнула и освободила жесткий болт. Пальчиками музыкальными по стволу пробежалась, а я уже кончить готов. Да, я весь твой, мышка. Языком обвела контур головки, кончиком дразня крохотную дырочку – с ума сойти можно…

– В рот возьми, – не сдержался я. Мне сейчас не до игр. У меня внутри вулкан извергается, и горячая магма по венам течет.

– А где «пожалуйста»? – с придыханием поддела Мелена. Вот сучка! Научилась не только шлюхой, но и стервой быть.

– Пожалуйста, мышка, пососи мой член, – сказал и закопался руками в волосы.