Шум, который стоит за пределами нашего помещения, заглушает произносимые фразы. Но смысл слов уже не важен.

Сердце колотится так, что кажется, сейчас выпрыгнет из груди. Я прислушиваюсь и настежь распахиваю тяжелые створки из массива дерева, которые с трудом поддались бы здоровому мужчине.

У дверей стоит тот, кого я пыталась выкинуть из жизни на протяжении последних месяцев — Артёмыш. А за его руку держится Светка. Живая, здоровая и вполне довольная жизнью, в отличие от своего помятого и уставшего папочки.

— Мама! — орет Светлячок и в диком прыжке бросается мне на шею. — Мы так классно погуляли, я сейчас все тебе расскажу!

Ну хоть кто-то знает, что тут происходит и готов поделиться информацией. Девочка моя маленькая! Я обнимаю Светку и чувствую себя так, будто с моих плеч падает огромная бетонная плита.

Только не смотря на огромное чувство облегчения, ноги отказываются меня держать, и я с благодарностью опираюсь на вовремя подставленную ручищу Гены.

Ленка подбегает к нам и с надеждой выглядывает за дверь. Игоря там нет.

39. Информация спасет мир

Секретарша перестает делать вид, что очень занята и с удивлением смотрит на прыгающую Светку. Гена делает шаг к Артёму, но у него опять трещит рация. Махнув рукой, Гена отходит в сторону, решив, что тот и так никуда не денется.

Артём стоит, эффектно прислонившись к дверному косяку. Герой, спасший младенца — не иначе. Дождавшись, когда Светка отпустит мою шею, вразвалочку идет ко мне, протягивая ручонки навстречу.

— За-а-ай! Еле вырвались, не представляешь, что было…

Что это еще за новости? Мне сейчас лавровый венок доставать из сумочки, чтобы увенчать победителя? Молча уворачиваюсь от фальшивых объятий и отвожу дочку к диванчику под ненадежное укрытие фикуса. Еще не хватало с этим героическим отцом вступать в беседу при ребенке, Светке слушать его вранье не стоит. Ничего, сейчас Гена освободится, выяснит по-серьезному, что там у тебя «было».

Артём, обиженный моим равнодушием, ноет.

— Хоть бы спасибо сказала, что ребенка привез.

— Не надо было ее забирать! — рявкаю я.

Бросаю взгляд на Лену — она, скрестив руки на груди, хмуро смотрит на эффектное воссоединение нашей семьи и отворачивается к стене. Бедная девочка, у меня сжимается сердце, глядя на ее переживания.

Бросаюсь к ней, обнимаю за плечи и шепчу тихонько на ухо: «Ничего, сейчас все выясним». Отвожу Ленку в свой девичий уголок, где на диванчике уже ерзает Светка — у нас здесь будет своя маленькая женская коалиция.

Артём не растерял самоуверенность, потерпев фиаско с объятиями. Теперь облокачивается на стол секретаря и с любопытством посматривает на Анастасию — свою долю восхищения он все равно намерен урвать. Прихорашивается, оглаживая пятерней растрепанные волосы.