— В 1353 году страшная эпидемия чумы забрала тысячи жизней, не пощадив даже князя Симеона с сыновьями. В 1382 Москву обманом захватит монгольский хан — Тохтамыш разграбил и сжег его. На протяжении всей нашей истории город десятки раз горел и снова отстраивался, грабился бунтовщиками и захватчиками, был центром борьбы за власть на Руси, а потом и в СССР. Здесь плелись заговоры бояр, травили ядом государей и их детей, вспыхивали стрелецкие бунты и народные волнения, которые безжалостно подавлялись. В новейшей истории только в давке на Ходынке, в честь коронации последнего царя Николая, погибло почти 1400 человек, а сотни остались инвалидами.

О чем говорить, если даже создателей самого красивого храма Василия Блаженного, как повествует легенда, ослепили, чтобы они не могли построить чего-то похожего. И я подозреваю, что это правда. Уж больно характерно и логично ослепление зодчих для тех смутных времен. И это только мизерная часть трагических событий, связанных с Москвой. А сколько тайн хранят здешние пыточные, тюрьмы и казематы, даже подумать страшно.

— Так и Ленинград, когда был Санкт-Петербургом, не отставал, — возразила, задетая нападками на родной город Ева, — «Кровавое Воскресенье», помнишь? А ещё он строился на костях каторжников.

— Ленинграду даже 300 лет не исполнилось. По сравнению с Москвой, он как двухлетний ребенок с взрослым дядькой, — ухмыльнулся я. — Там тоже трагедий хватало, но всё-таки, с нашим городом не сравнить.

— Молодые люди! — окликают нас. Разворачиваемся. Сзади стоит и добродушно улыбается дородный мужчина в белом поварском колпаке и халате.

— Ужин ждет вас. Стол накрыт внизу, — информировал он. — Всё горячее, с пылу-жару.

Потом остынет, половина вкуса пропадет. А цветы давайте сюда. Я их в вазу с водой поставлю. Ваш друг её заранее привез.

«Ты смотри, даже об этом позаботился», — мысленно отметил — «Всё-таки хозяйственный и продуманный парень. Ничего не упустит».

— Благодарю, Валентин, — киваю повару. — Идём.

Он улыбается ещё шире, принимает букет белых роз из рук Евы и командует:

— Следуйте за мной.

Первым сходит по лесенке, ведущей в нижнее помещение, Валентин, вторым иду я, галантно подавая руку и помогая девушке спуститься.

— Спасибо, — благодарно взглянула на меня Ева, опираясь на мою ладонь.

— Мадам, ради благосклонного взгляда ваших лазурных, как тропические воды океана глаз, я готов на любые подвиги, — делаю шутливый реверанс.

— Ну ты даешь, — внезапно развеселилась девушка. — Где ты тропические воды видел? В «Клубе путешественников» у Сенкевича?

Я скромно промолчал. Вообще-то в той, прежней жизни, объездил полмира. В Латинской Америке был, в Штатах, на Гавайях и Канарах, Кубе и других экзотических местах. И с тропиками был знаком не понаслышке.