— Что там?

Я разочарованно поднес к лицу один из груды камней, которыми щедро был устлан пол состава.

— А пес его знает. Руда, вроде как. Хотя… Ната, это же уголь!

— Уголь? — В ее голосе не прозвучало понимания ценности нашей находки.

— Да, уголь! Ты что, это ведь настоящее сокровище! У нас дрова уже на вес золота, а здесь целые залежи топлива! И какого!

— Ага. — Она взобралась следом и без энтузиазма взяла кусок породы из моих рук. — Уголь, да. Только, что с того? Как ты собираешься его отсюда в подвал переносить?

Вопрос был резонный. Вес камней весьма приличный, на спине таскать — надорвешься.

Далеко, как ни крути… Но мне, воодушевленному находкой, не хотелось думать о сложности доставки груза — потом! У нас есть уголь, следовательно, можем встретить любой мороз во всеоружии! А уж дотащить… потом придумаю.

— Эх, тележку бы…

Ната красноречиво покрутила пальцем у виска. В отместку я показал ей язык. Наверное, со стороны это выглядело забавно — заросший щетиной мужик и чумазая девчонка, строят друг другу рожи, находясь посередине искореженного вагона, а тот, в свою очередь, почти в центре еще более изувеченного города.

Смешно… И мрачно.

— Шейлок.

— Кто?

— А еще — Гобсек. Ну и скупой рыцарь, если мало.

— Понятно. Хорошо хоть, не мародер. Или ты и им меня считаешь?

Поняв, что перегнула, Ната смутилась.

— Извини…"

"— Да ладно, что там. Моя привычка тащить все в подвал, стала манией, да? Эх, Ната… Боюсь, нужных нам вещей больше не купить в магазине. Так что я согласен и на Гобсека, и на прочих — лишь бы не испытывать недостатка ни в чем, что поможет нам в будущем. И тележка, между прочим, весьма могла пригодиться…

— Честное слово, извини.

Пожав плечами, я выбрался из вагона наружу. Мы потеряли примерно полчаса, пока я разбирался с содержимым, следовало наверстать это время, если хотим добраться до одного из убежищ, где есть возможность переночевать.

… Ната плелась позади. Я нарочито не спешил завязать разговор — пусть слегка помучается, осознает, что юношеский максимализм и прежние ценности мало подходят к нашему быту. Она с такой радостью осматривала подвал и его богатства, что я даже удивился, почему позже девушка стала постоянно хмуриться, стоило мне высказать заинтересованность в обследовании очередной мусорной кучи.

Ладно бы брезгливость…

— Дар, ты сильно обиделся?

— А то.

Она забежала вперед:

— Серьезно?

— Нет. Делать больше нечего. Ты, вот что… не мельтеши перед ногами. Тропа сужается, дальше идти надо осторожно. Вправо-влево вода, сейчас вроде все тиной покрыто, но ногой увязнешь — придется обувь менять.

— Ходил уже?

Я кивнул.

— До меня?

— А я без тебя разве куда хожу? До тебя, разумеется.

Она недоверчиво посмотрела на тропку:

— И запомнил? Ты сколько раз тут был?

— Три.