Либо женатики, либо как Антоха наш вон… Трахает все, что не прибито.

Улыбка мгновенно спадает с моего лица. Потому что вот уже почти месяц «не прибито» – это, собственно, я сама.

– Или ты уже нашла кого? – с ужасом округляет Саша глаза. – Уже с кем-то спала? Изменила мне?

– Изменила? – горько усмехаюсь. – Я? Тебе? Изменила?

Все еще хуже, чем я думала.

– Я просто поверить не могу, – вдруг психует он. – Я, значит, жду, пока Есенька отойдет… Бегаю за ней, как идиот, а она трахается с кем-то?

– У тебя забыла спросить, – толкаю его в последний раз.

– Нет, ты расскажи мне… С кем? Когда? Я хочу знать.

Быстро надеваю пальто и снимаю бахилы с обуви, стараясь не вникать в его бубнеж, перемешанный с поскуливанием.

Напоследок Зародыш смачно обзывает меня шлюхой, а я заряжаю ему пощечину. Как апофеоз – гардеробщица орет на нас так, что уши закладывает.

Покинув больницу, реву от обиды и на автомате доезжаю до дома. Очухиваюсь только на пороге. С изумлением отмечаю, как здесь стало тихо и пусто. Хочется поскорее уехать. Я ведь люблю свою квартиру. Столько лет в ней прожила. Столько сил в обустройство вложила.

Приняв душ, надеваю теплую пижаму, которую к Антону не забрала по причине бессмысленности. Любая моя одежда, когда мы остаемся наедине, улетучивается по одному взмаху «золотого ключика».

Тут же вспоминаю Сашины рассказы о сексуальных похождениях Антона. Горько становится. Тошно. Мы ведь когда-нибудь расстанемся? Он пойдет дальше, а я останусь здесь… С разбитым сердцем.

Сомнения в душу закрадываются. Зачем ждать неизбежного, если можно к нему подготовиться?

Подскочив, бегу в прихожую и достаю из сумки телефон. Проигнорировав неотвеченные звонки, читаю сообщение:

«Ты где это, Есь?»

«Я дома решила переночевать сегодня».

Кусаю ногти в ожидании ответа.

«С чего это вдруг, Есь? Случилось что-то?»

«У меня месячные… Секса все равно не будет, – пытаюсь выкрутиться, а потом цокаю от возмущения, читая:"

"«А, ну ладно тогда… Напишешь, как закончатся».

Чего? Он там дымом надышался?

Пока яростно ловлю воздух ртом, приходит еще одно, спасительное для жизни Огнева сообщение:

«Я так должен был ответить правильно? Что за бред, Есь? Ты боишься, что мы не найдем чем заняться?»

«Прости, пожалуйста.

Отложив телефон, зажимаю уши и пытаюсь унять рвущееся от боли сердце. Разум твердит, что так будет лучше. И я в этом себя убеждаю, с особой, маниакальной тщательностью проверяя стопку тетрадок параллели шестых классов. Ровно до тех пор, пока не слышу стук в дверь.

Бегу открывать. Радуюсь все же.

– Привет, – буркает Антон, варварски запихивая меня в квартиру. – Я ненадолго. Не верещи…

Сердито осматривает застегнутую наглухо пижаму.