Надо бы в ближайшее время решить вопрос с княжеским родом Волконских и ОКЖ. Обе эти организации должны поддерживать царевича Максима. Так что неугодные элементы нужно в ближайшее время вырвать с этой грядки.

Кстати, в княжеском роду Трубецких тоже нужно навести порядок как можно скорее. Вроде бы князь Трубецкой готовится присягнуть Михаилу чуть ли не в конце этой недели. Если это случится, будет не очень хорошо. Не люблю упускать добычу.

А вот если два княжеских рода (Волконские и Трубецкие) полноценно поддержат меня, моя фракция вмиг станет гораздо сильнее. И станет более привлекательной в глазах новых потенциальных вассалов.

Да, нужно в ближайшее время отправиться в Москву приводить под свои знамёна Трубецких и Волконских. Опять же портальный оттиск в столице нужно поставить, для быстрого перемещения меня и моих гвардейцев.

Вот закончу во Франции и сразу в Москву.

Князь Волконский уже занят подготовкой моего тайного перелёта.

Справа от меня на сиденье поёрзали, раздался тихий вздох. Я отвлёкся от своего мысленного планирования и перевёл взгляд на соседку.

Лиза была неотразима: выразительные карие глаза, чувственные губы, островатые черты лица и вздёрнутый носик — всё при ней. Всё так же, как и в день и нашей первой встречи. Дополняли ностальгический образ волнистые волосы орехового оттенка. Правда, сейчас они были собраны в высокий хвост, а не распущены. А ещё девушка была облачена не в вечернее платье, а в повседневную одежду. Но цвет наряда всё тот же, что и летом — зелёный.

Отложив планшет, Лиза с грустной полуулыбкой смотрела в окно машины.

— О чём ты думаешь? — спросила она не глядя. Почувствовала мой взгляд.

— Вспомнил нашу первую встречу, Элизабет Сандеро.

Она усмехнулась и повернулась в мою сторону.

— Я тоже, Макалей Сандеро, — усмехнулась она.

Ну да, сегодня я в старом образе. А ещё я здесь как граф Белозёров, а не как царевич Максим, который отправился домой вскоре после записи видеоролика. Формально нашей дипмиссией сейчас руководит царевич Александр, который в данный момент тайно едет в другой машине, километрах в тридцати позади нас.

— По этой дороге мы ехали из Кале в Париж, — улыбнулся я своей «жене».

— Ты помнишь? — хлопнула она ресничками. — Да, всё было так. Только машина другая и водитель другой.

— Прошу прощения, госпожа, если чем-то вам не угодил, — пробубнил водитель — доверенный офицер князя Волконского.

Между прочим, отмеченный практически пятого ранга.

Мы посмеялись.

Лиза хлопнула ресничками вновь и чуть отвернулась.

— Если что-то хочешь сказать, говори, — шепнул я ей. — Я всегда рад тебя выслушать.

— Почему? — внезапно спросила она.

Водитель демонстративно вставил в уши наушники и начал кивать в такт музыке, которую слышал только он.