Хотя, что я мог сделать профессионалам, я даже предположить не мог. Формально они в данный момент подчинялись мне, как старшему представителю рода, а вот неформально кому, объяснять не нужно. В поместье мышь не пробежит без ведома князя. Захотят — скрутят за секунду и отправят на перерождение. Но обошлось.

Внутри банка нас встретил седой представительный мужчина. С достоинством раскланявшись со мной, повел внутрь. Оставив возле себя только Милу, остальным я велел ждать снаружи.

Когда мы добрались до кабинета управляющего, снаружи осталась уже Мила. Хотя уточнив у банкира сколько времени займет наше общение, я отправил ее домой, приказав вызвать такси. Я тут судя по всему задержусь и мне не хотелось, что бы девушка корячилась на стуле ожидая меня. А разговаривать о делах при ней...Я все еще ей не доверял. Ну, не знаток я людских душ и не умею читать между строк. В этом мире я всех пока воспринимал как врагов, и помня о прошлой своей жизни, не верил никому.

Расположившись внутри и проверив мои документы, мужчина, представившийся Некрасовым Евгением Петровичем, быстро пощелкал мышкой по экрану, после чего развернул его ко мне, предлагая ознакомиться со всеми транзакциями по моему счету.

Все было верно и предельно ясно, если бы не одно «но» — это был не мой счет, ну, в смысле, не тот, что был привязан к карте, находившейся у меня на руках. Это был основной счет, закрытый, для отображения которого нужна была специальная программа. А тот, которым располагал я, был обычным расходным.

Быстро пробежавшись по нему глазами, я увидел поступления моих двухсот рублей, а так же по четыреста ежемесячно уходили на два других счета, принадлежавшим Насте и Степе.

То есть, отец за мой счет кидал деньги своим детям, мало того, что обворовывая меня, так еще и оставляя мне меньшую сумму. Сука, да как так-то? А вот остальные средства лежали на месте и составляли вместе с процентами почти пятьсот тысяч рублей. Почему отец их не перевел на другой счет, я не знал, хотя, как оказалось, все было просто — эти деньги не облагались налогом. На что он их копил, я не знаю, но теперь поезд ушел. Наверное, после нашего разговора он попытался их вывести, но хрен ему что обломилось. Я, конечно, понимаю, что до достижения мной шестнадцатилетнего возраста он был вправе распоряжаться моими деньгами, а потом что? Вошёл во вкус?!!

Быстро переговорив с управляющим, я сделал новую карту, куда и перевел весь остаток с этого счета, подключив его к другому номеру, который вместе с телефоном мне любезно предоставил банк. Да, была у них и такая услуга — полностью защищенный аппарат стоил три тысячи рублей плюс двадцать рублей ежемесячно за обслуживание счета. Безумно дорого, но оно того стоило. Теперь никто не сможет распоряжаться моими деньгами, кроме меня.