– Ты рассказывал… я видела чёрно-багровый волдырь, будто там когда-то бушевал страшный пожар, оставив после себя выжженную землю.

– Я видел то же самое. Но мне показалось…

– Что?

– Будто эта чёрная пустыня заросла колючками.

Вероника передёрнула плечиками.

– Ужас!

– В принципе ничего особо страшного мы не увидели. Ну, где-то что-то горело. С другой стороны, лес не станет ради прикола пугать нас пожарами, он о чём-то предупреждает. Время у нас есть, не хочешь поискать эту пустыню?

– Я не твой начальник, решай сам.

– Но ты не побоишься?

– С тобой – нет!

– Хорошо, попытаемся определиться.

Аэробайк поднялся ещё выше, отодвигая границы горизонта в необозримые дали. Стало окончательно понятно, что здешний мир не является планетой, а если и расположен на ней, то планета имеет невообразимо гигантские размеры. Что Земля – круглая, можно увидеть из иллюминатора самолёта, способного подниматься в небо до высот в десять километров. Но в этом мире даже с большей высоты (Максим оценил её километров в десять), на которую взобрался аэробайк (дышать стало труднее, да и температура воздуха значительно упала), не было видно никаких скруглений горизонта. Края равнины уходили всё дальше и дальше, пока не терялись в сгущавшейся дымке атмосферы и становились недоступными зрению, по крайней мере, на расстоянии в десятки тысяч километров. На этой равнине могли бы уместиться несколько таких планет, как Земля.

Вероника поёжилась.

– Холодно… – Голос девушки тоже изменился, стал глухим из-за падения давления на этой высоте.

– Потерпи минуту.

Он внимательно изучил горизонт, воспользовавшись пока ещё работающим комплексом визуально-оптического наблюдения шлема (мигающая красная искорка предупреждала о нужде в подзарядке), заставил напрягаться не только зрение, но и нервную систему. Показалось, что в одном месте – «на севере», если верить движению солнца, цвет равнины темнее, чем по остальным сторонам света.

– Посмотри на лес правее солнца… ничего не видишь?

Вероника приставила ко лбу козырёк ладони.

– Небо и земля сливается… тёмная полоса?

– Проверим? Или возвращаемся?

– Я бы посмотрела…

Снова мелькнула трезвая мысль: сядут аккумуляторы байка – и вернуться назад будет проблематично! – и ушла. Душу охватило нетерпение, подстёгиваемое налаживающимся контактом с лесом. Отмахнуться от его предупреждений было бы неправильно, лес хотел что-то подсказать попаданцам доступным ему языком, и отступать Максим не хотел. «Да и где наша не пропадала?» – вспомнил он русскую пословицу. Научен жить в экшн-режиме – не расслабляйся!

Аэробайк снизился до высоты в пять-шесть километров и помчался к горизонту, отмеченному тёмной полосой.