— Ну что ж, поздравляю, сестрёнка, — говорит без ехидства, но я сразу понимаю, что это не конец — слишком хитро горят глаза Насти, и она не разочаровывает. — А ведь все у вас сложилось благодаря мне. Если бы я не привезла тогда к деду Макара, если бы не приехала к тебе на работу, так бы и сидела ты, Ладка, в девках до сих пор.

А мне и возразить нечего. Так и есть, если подумать.

— Спасибо от души, — благодарю и обнимаю сестру.

Она меня тоже обнимает, хлопает по спине и отстраняется.

— Спасибо на хлеб не намажешь. Хочу как у тебя! С Макаром я рассталась, своя квартира в Москве мне больше не светит, так что жить я буду в твоей.

— Здесь? — пугаюсь я. — Исключено, Ася.

— Да нет, не здесь. В той, которую тебе дед на свадьбу подарит, — успокаивает, и я с облегчением выдыхаю. Рано. — Но это ещё не все: хочу быть на твоей свадьбе свидетельницей, а Максим будет пускай свидетелем.

— А дочку в твою честь не назвать? — смеюсь от незамутненной Аськиной наглости.

— Можно, — кивает сестра, — и на работу хорошую хочу. Пусть Гордей меня куда-нибудь пристроит.

— Так, Настя, иди уже спать, — разворачиваю сестрицу на сто восемьдесят градусов и толкаю в сторону библиотеки, где ей поставили раскладушку. — В квартиру пущу, а там посмотрим.

Ночью, когда квартира затихает, я лежу на груди Гордея и говорю ему всё-всё, что у меня на душе: как ему благодарна, как жалею об испорченном обеде, обещаю во всем поддерживать и клянусь, что никогда не предам.

— Знаешь, Лад, — говорит он на это, пропуская прядь моих волос между пальцев. — А я рад, что так вышло сегодня с моими. Я почувствовал себя, наконец, взрослым и свободным. Мы обязательно помиримся с родителями — не сомневайся, но наши новые отношения будут строиться уже совсем на другой основе.

— Это хорошо, — одобряю и целую его в ямочку между ключицами.

— Это ерунда, — внезапно возражает Гордей, — по сравнению с тем, что ты мне сейчас практически призналась в любви и дала брачную клятву верности. Я её принял и запомнил, а в ответ обещаю тебе всё то же самое плюс защиту, заботу и честность. Я тоже тебя люблю, Лад, очень сильно. И я просто уверен, что это навсегда.

Конечно, после таких признаний мы ещё долго не засыпаем, несмотря на то, что в комнатах много гостей, а понедельник нам предстоит очень тяжёлый. Увольнение, сложный разговор по поводу раздела холдинга и планирование свадьбы. Дед сказал, что хочет красивую и с множеством гостей. Мы с Гордеем пообещали, что так и будет.

Эпилог

Два месяца спустя

— Аккуратнее ставь, это теперь не твой байк, Сенсей! — повышает голос Гордей, пытаясь перекричать рев мотора огромного и явно дорогого мотоцикла.

Он наблюдает за формированием призового фонда, так сказать.