Шаг у него широкий, на шпильках угнаться сложно.

— Вы мне неделю дали — напомню, если забыли, Гордей Матвеевич. И, конечно же, я вчера весь вечер занималась проектами, — оправдываюсь зачем-то. — Поэтому легла поздно, и для похода пешком совсем не осталось времени. Пришлось соседа просить подвезти. А никакой личной жизни, на которую вы намекаете, у меня нет. Правду вам говорил Андрей Иванович, — говорю, а сама скрещиваю пальцы: надеюсь, что скоро будет. — Машины-то у меня нет теперь. Кстати, как она?

— Мой мастер забрал. Сегодня в обед я вас к нему отвезу, и сами у него спросите.

Нет, я рада, конечно, что он решил вопрос, но он меня что, без обеда решил оставить? Ну это вообще, считаю, настоящее варварство!

Заходим вместе в здание, проходим охрану и идём в лифт — по дороге продолжаем обсуждаем всякую ерунду, с которой босс ко мне пристает. Вернее, обсуждаем — будет сказать неправильно. Скорее он наезжает, а я отбиваюсь. Например:

— А в шесть мы с вами поедем на производство. Мне нужен начальник ночной смены.

— Мне иногда хочется поесть, Гордей Матвеевич, — напоминаю.

У него-то, небось, из-за расставания кусок в горло не лезет, а я-то покушать люблю!

— Разумеется, у вас будет время и на обед, и на ужин, а работать будете, сколько скажу. Тройная оплата…

В общем, все в таком духе. И я даже не сразу замечаю, что все на нас как-то пристально смотрят. Обращаю на это внимание, только когда встаю спиной к стене кабины рядом с Варвиным и вижу, с каким любопытством народ косится на закрывающуюся дверь лифта, но к нам вообще никто не заходит!

Глава 11

Как только остаёмся в кабине одни за закрытыми дверями, воздух тяжелеет, сгущается и давит на грудь, затрудняя дыхание. А всё потому, что я резко догадываюсь, почему на нас все так пялятся. Какая-то зараза пустила новый слух про нас с Варвиным! Но что самое интересное, все слухи об Андрее Ивановиче и «гареме» вызывали у меня только улыбку. Стекали как с гуся вода. А тут… Хочется найти сплетника и настучать по голове.

— Что же вы затихли, Эллада?

А босс ничего подобного не чувствует и желает общаться дальше. С трудом вспоминаю, на чем мы остановились… На дизайне кабинета! Он меня пытал, сколько фотографий я уже отложила ему в файлик.

— В той статье пишут, что для начала заказчик должен хотя бы рассказать о своих вкусах и предпочтениях. Откуда мне их знать? Мы с вами пока не настолько близки.

В свете последних сплетен моё заявление звучит двусмысленно, и я нервно кидаю взгляд на зеркальную стену лифта. Смотримся мы в ней с боссом так, что у меня сердце замирает, а потом начинает скакать, как ненормальное. А Варвин ещё и пялится — мы с ним взглядами в зеркале встречаемся, — будто хочет наброситься и… растерзать. Или съесть.