На шум, который я издавала, наполняя молчаливую квартиру, пришла Лера. Она аккуратно вошла в кабинет и посмотрела на нас заплывшими красными глазами.

- Что случилось? - тихий хриплый голос девушки заставил меня замолчать и посмотреть на нее.

- Мы разбудили тебя? - спросила я, рванув к Лере, собираясь ее обнять и успокоить.

- Нет, - покачала она головой. - Так что случилось? О чем вы спорили?

Кирилл посмотрел на меня и потянулся к планшету, пытаясь спрятать его. Но было слишком поздно и моих оправданий было не достаточно.

Лера шагнула вперед, огибая меня, и приблизилась к Киру, протягиваю руку вперед. И он послушно вручил ей планшет, боязливо поглядывая на меня. Я лишь тяжело вздохнула, понимая, что мы не сможем утаить от девушки всех новостей и слухов, которые наполняли сеть.

- Что это значит? Кома? Смерть мозга? - ее голос задрожал.

- Это глупости, - отмахнулась я, приближаясь к Лере с единственной целью отобрать планшет и увести ее. - Журналисты навыдумывают, чтобы поднять рейтинги. Мы звонили уже Роберту и Виктору. Врачи такого не говорили. Так что прошу, Лера, не читай новостей.

- Мне нужно в больницу, - губы Леры еле шевелись и она начала оседать.

Первой подхватила теряющую сознание девушку я, следом подоспел Кирилл. Она поднял ее на руки и отнес в спальню, пока я помогала ему, поддерживая голову и открывая двери.

Эрнест был прав, когда утверждал, что я должна накачать Леру снотворным или успокоительным. И теперь в моих руках был стакан воды и растворенные в ней таблетки, которые рано утром доставили охранники.

- Лера, нам нужно ждать, - шептала я, укачивая на своих коленях одурманенную лекарствами девушку. - Прошу, отдохни и поспи. Я разбужу тебя, когда мы получим новости из больницы.

Лера послушно кивала и закрывала глаза, тяжело вздыхая. Спустя десять минут, когда я убедилась, что она спит самым крепким сном, я покинула спальню, неся в руке пустой бокал, и дрожала от страха, представив на миг, если вся эта история закончится плохо."

"Следующие дни прошли в тумане, но не для меня. Я не выпускала сонную Леру из рук, кормила ее едой, которую нам теперь готовила Антонина, заботливо вызванная Эрнестом. Она остановилась в квартире Майера и творила свои кулинарные шедевры на всех, даже охрана ходила пусть и молчаливая, но сытая. Для Леры она варила легко усвояемые супы, каши и заваривала чай с травами. Но я не переставала давать Лере таблетки, хоть она и догадалась об этом уже на следующий день, ощутив горечь в воде.

Эрнест терпеливо выжидал, успокаивая меня каждый вечер, когда я возвращалась к нему обессиленная и засыпала в его нежных объятиях. Утром я возвращалась к Лере и все повторялось.

До определенного момента.

Лера спала.