Дарил надежду на то, что наши с братом отношения не закончились. Нам нужно было время. Кириллу — чтобы перестать злиться на меня и принять мой выбор. Мне — чтобы разобраться в себе.

В понедельник, когда я переступила порог офиса, во мне зародилось неприятное чувство скорби. Оставалось так мало времени до того, как я покину компанию.

Эрнест больше не поднимал вопрос о моём увольнении, и я расценила это как его согласие на мой уход. Он вообще старался не беспокоить меня лишний раз, когда утром после того как собрался и ушел, вернувшись к себе домой. Я провожала его, всматриваясь, как он садится в машину и неспешно покидает двор.

Он ни разу не посмотрел на окна моей квартиры. Предательские слезы подступили вновь."

"Теперь же оказавшись за свои рабочим столом, я просматривала вереницу сообщений, которые отправила с прошедшего дня брату. Кирилл взял глухую оборону, игнорируя меня по всем фронтам. Даже мои мольбы о помощи, брошенные Роберту, не увенчались успехом. Он созвонился со мной и заявил, что Кир чертовски зол на меня. А теперь, после того как Боб вмешался в наши разногласия, при этом не принимая ни чьей стороны, и вовсе отказался общаться с ним.

Вот так, я рассорила еще и друзей. Обращаться за помощью к Марку, а тем более к Никольскому, я не планировала. Не хотелось бы стать причиной того, как их дружба развалиться из-за меня.

Усиленно работая над проектом, который мне достался почти в неизменном виде, стоило моему отпуску закончиться, я ощутила, как глаза слипаются. Бессонные ночи не приводят ни к чему хорошему. Потрепав себя, я заставила свое тело покинуть кабинет и направиться за новой порцией горячего кофе.

- Вероника, - от голоса, окликнувшего меня в коридоре, я вздрогнула, но не торопливо повернулась, стараясь изобразить на лице спокойствие.

Глеб Антипов предстал передо мной во всей своей потрепанной красе. Вадим не шутил, когда рассказывал, как коммерческому директору досталось от Майера. Эрнест загонял своего подчиненного до такой степени, что передо мной стоял осунувшийся, бледный с темными кругами под глазами мужчина, пытавшийся изобразить на помятом лице прежнюю веселость и беззаботность.

- Добрый день, - холодно поздоровалась я, надеясь, что наша беседа продлится недолго.

Оказываться от кофе я не собиралась, но и входить в комнату наедине с ним не планировала. Пусть мы поболтаем на глазах публики, чем подарим новую порцию слухов, пусть теперь в компании за это можно схлопотать проблемы.

- Почему же так официально? - присвистнул он, приближаясь ко мне.

Я не сдвинулась с места, но готова была огреть его, стоит только Глебу пересечь невидимую черту. Мужчина остановился в паре метров от меня, убирая руки в карманы брюк.