— Моя кузина совсем не преувеличила, — продолжила Глэдис. — Я тащу туда Клару, потому что хочу все увидеть своими глазами. Приют для глухонемых — одно дело. Все о нем знают. Но кто-нибудь слышал об Обществе по обучению неимущих женщин на модисток? Нет-нет, конечно, я должна увидеть это место своими глазами. Тогда я поставлю свое имя в списке спонсоров, и Клара любезно сделает то же самое, чтобы побаловать меня. А может, из страха, что я проявлю настойчивость.

Клара снова что-то сказала и засмеялась.

Бейтс добавил пару слов.

Глэдис вдруг воскликнула:

— О, а вот и вы, Лисберн!

Он посмотрел направо и увидел ее силуэт.

Для крупной девушки она двигалась очень тихо. Во всяком случае, тише, чем Саймон мог себе представить. Кузина была одета в красивое розово-бежевое прогулочное платье с очень женственной шляпкой, которая должна бы смотреться на ней странно, но, что удивительно, она делала ее круглое, простое лицо очаровательным.

И вчера в Гайд-парке она выглядела просто отлично, вспомнил Лисберн. Но тогда заметил это мельком, потому что все его внимание было приковано к Леони. Теперь ему стало понятно, что он сильно недооценил искусность «Модного дома Нуаро».

Если бы он был суеверным, то решил бы, что это колдовство.

— Развлекаетесь с манекенами? — усмехнулась она. — Или пришли поразвлечься с белошвейками и продавщицами?

— У меня дело к мадам.

— Надо же. — Глэдис вскинула брови.

— Благотворительный вечер в понедельник, — пояснил он. — Вы сами говорили о нем минуту назад. Вряд ли вам покажется удивительным, что мы со Суонтоном должны утрясти кое-какие детали с одной из учредительниц Общества модисток.

Выражение ее лица смягчилось.

— Ах, да, конечно. Трудно представить, что лорд Суонтон будет лично заниматься скучными практическими вопросами. Поэтическое воображение не всегда сочетается с прагматическим характером. Такое встречается у многих художников. Кто-то должен выступать в качестве его представителя. Мне это понятно.

Она повернулась к Бейтсу.

— Хоть это и против правил — похвалить моего кузена Лисберна за огромную личную жертву, которую он приносит, участвуя в таком деле, придется признать его достоинства. Боюсь, нам нужно удержаться от насмешек над ним до следующего раза.

Какая жалость! Я только что придумала по крайней мере три каламбура по поводу выражения «дело к мадам».

— Но моя дорогая леди Глэдис, я уже с удовольствием предвкушал, как мы начнем над ним издеваться, — сказал Бейтс.

— Придется обойтись насмешками надо мной, за это вам ничего не будет, — заметила она. — Или над Кларой, если осмелитесь. Или над нами обеими, если почувствуете в себе особое безрассудство.

Глэдис отошла, чтобы рассмотреть манекены. Несколько дам следили за каждым ее шагом.