— Эй, Джереми, — тихо говорю я.

Его глаза вспыхивают, пальцы застывают на игрушечном солдатике, но затем он поднимает его и бросает мне в грудь. Он попадает мне в грудину, прежде чем упасть на землю.

— Убирайся!

Как агрессивно.

Но каким-то образом я могу видеть сквозь его агрессивность и причину, по которой он так себя ведет.

Выражение его глаз говорит само за себя. Это одна из причин, почему я чувствовала себя не в своей тарелке и упала в обморок после первой встречи с ним. Я разделяю этот взгляд, но с другой стороны.

Он скучает по своей матери, а я по своей малышке.

Мы оба — две незавершенные части, которые, возможно, были собраны вместе судьбой.

Или его засранцем-отцом.

Когда я не пытаюсь уйти, он бросает в меня еще одного солдата.

— Я сказал, уходи.

Я закрываю дверь и медленно подхожу к нему, чтобы не вызвать негативной реакции. Когда он больше ничего не бросает в меня, я присаживаюсь перед ним на корточки, стараясь быть на одном уровне с ним, и смягчая свой голос.

— Тебе грустно, что я ушла раньше, Джереми?

— Нет, — Его губы дрожат, когда он хватает по солдатику в каждую руку.

— Мне было грустно. — Мой собственный голос дрожит, когда я вижу свою дочь в его невинных глазах. — Я так скучала по тебе, что не смогла бы жить в этом мире без тебя. Все стало таким унылым и скучным. Все, чего я хотела, — это найти тебя.

— Тогда почему ты этого не сделала? — шепчет он, глядя на меня из-под ресниц.

— Потому что я должна была жить для нас обоих. Я не могла умереть, малыш.

— Ты собиралась умереть? — В его голосе столько страха, что я внутренне пинаю себя за это.

— Нет, конечно, нет.

— Правда?

— Правда. Я ведь здесь, не так ли?

Он толкает обоих солдатиков головами друг к другу и пристально смотрит на них, бормоча. — Ты собираешься снова уйти?

— Абсолютно нет. — Это ложь, но слова слетают с моих губ, как самая правдивая вещь, которую я когда-либо говорила.

Прежде чем я успеваю подумать об этом, Джереми бросается ко мне с крепкими объятиями. Его руки обхватывают меня за талию с такой силой, что я падаю на задницу.

Я чувствую, как он шмыгает носом у меня на груди.

— Я с-скучал по тебе, мамочка. Пожалуйста, не оставляй меня."

"— Никогда. — Слова вылетают из моих уст с такой убежденностью, что у меня перехватывает дыхание. Я крепко обнимаю его и целую в макушку, не торопясь вдыхать его запах. Он похож на маленький зефир, мягкий и красивый.

— И призраком тоже не становись, — хнычет он.

— Призраком?

Он кивает мне в грудь, не поднимая головы.

— На днях ты была призраком. Мне не нравится мама-призрак. Она была страшной.

Глава 13

Адриан

Наши встречи, чтобы обсудить дела братства, сейчас меня волновали меньше всего.

По крайней мере, большую часть времени.

У меня есть своя роль, и она за кулисами.