Я отвыкла от сильных эмоций, от такого количества окситоцина в крови, и кажется, что вот-вот, еще мгновение — и взорвусь изнутри. Мне нужно либо ускориться и побыстрее кончить, либо оттолкнуть Горова. Я выбираю первое. Обхватываю его ногами за бедра, подаваясь вперед. Еще, еще, еще!

— Сильнее! — требую уже вслух. — Пожалуйста, трахни меня по-настоящему! Да! Вот так! Как раньше, Стас! Как тогда…

Он понимает. Он знает, о чем я, и дает мне то, в чем я так сильно нуждаюсь. Всего себя.

Толчки становятся мощнее, шлепки тел — громче, желание — острее. Стиральная машинка под нами грозит развалиться на части от бешеного темпа. Плевать. Сейчас мне важно только одно — дойти до пика и получить желаемый приз. Захлебнуться в этом танце любви.

Всхлипы, стоны, вздохи, поцелуи. Губы, клеймящие до крови, пальцы, впивающиеся до синяков. Я хочу быть его! Хочу просыпаться с отметинами от засосов, хочу жаловаться на недосып после жаркой ночи, хочу знать, что любима.

Хочу! Хочу! Хочу!

Еще несколько мощных толчков, и я, наконец, прихожу к финалу. Вот оно! Мое удовольствие, мой первосортный кайф. Ловлю первый самый мощный оргазм, чувствуя, как внизу живота распрямляется тугая пружина, взрывается, отпуская скопившееся напряжение, и наполняет легкостью и долгожданной эйфорией. Я взлетаю к небесам, рассыпаясь фейерверком на мириады удовлетворенных кусочков. Впервые за последние годы я счастлива.

Без всяких условностей.

По-настоящему.

Я. Счастлива.

Глава 46

Я боялся разрушить наше хрупкое перемирие с Катей, установившееся после вчерашних нервных суток, но тем не менее сумел уговорить ее поехать со мной. Она переживала по поводу того, что брат снова попытается выйти на них, и согласилась, пусть и временно, пожить у меня. А я собирался использовать это время, чтобы как можно сильнее привязать ее к себе.

Ромка был в восторге. Ему еще в прошлый раз понравилась его личная комната, а теперь, когда привезли мебель по его предпочтениям, и вовсе прыгал до потолка. Завтра мы планировали наведаться в кошачий приют и присмотреть ему котенка, а сегодня мне необходимо было разобраться с еще одним важным делом, не терпящим отлагательств.

О своем визите Артура я не оповещал, поэтому не удивился прохладному приему. Однако, как оказалось, причина была не во мне.

— День добрый. Надеюсь, не сильно отвлекаю.

— Ты знал, что Карина общается с Юсуповым? — игнорируя мое приветствие, с порога спрашивает Амбарцумов.

Я задумываюсь на мгновение, пытаясь вспомнить, кому принадлежит эта фамилия. Что-то знакомое царапает память, но продолжает ускользать от внимания.

— Нет, — хмурюсь, все еще прокручивая в голове, кто бы это мог быть.

Прохожу в конец просторного кабинета, жму руку Артуру и сажусь в кресло для посетителей.