Затем начали кружить, потому что только в движении можно выискать слабину у соперника. В сравнении с Ниной Кручиня выглядел почти стариком, но при этом в нем чувствовался внутренний стержень, отчаянная готовность к бою, а лагерные повадки в движениях превращали его в осторожного лиса. Противник виделся достойным, и Нина не рисковала, желая действовать только наверняка. При этом до конца не понимала, по чьему приказу белогвардеец выслеживал группу и что с ним делать дальше.

Иван Павлович сам пошел на обострение. Но так топорно, явно, грудью на пистолет, что Нина даже отстранилась.

Однако браво, браво единственному уроку рукопашного боя от лейтенанта-смершевца. Выпад Кручини оказался ложным: в последний момент развернувшись, приемом Соболя Кручиня достал Нину, хотя та и попыталась отпрыгнуть от несущегося на нее откуда-то сбоку лезвия. Но оно настигло, впилось в бедро. Комсомолка почувствовала, как брызнула кровь, и, падая от острой боли, выставила пистолет для стрельбы. Однако Кручиня с линии огня уже исчез. Пропал. Растворился среди листвы. Обостренный слух лишь уловил его удаляющийся бег по лесу, но стрелять наобум, привлекая внимание, Нина не решилась.

Позволив себе застонать, сдернула косынку, перетянула ею ногу выше раны. Толчки крови ослабли, и девушка накрыла зияющую рану оторванной от подола платья лентой. Замерла, давая время остановиться крови. Передохнув, кусая пересохшие губы, доползла до упавшего нагана зэка, не без удивления прочитала гравировку на рукоятке. Лежа, надломила ветку орешника. Опираясь на нее, попробовала встать. Переждав головокружение, потащила отваливающуюся, набухающую кровью и болью ногу к схрону.

Сил хватило не потерять сознание и сползти с обрыва едва не на голову старшине. Увидев кровь, тот мгновенно разорвал лежавший под рукой, наверняка приготовленный для перевязки Эльзы индивидуальный пакет, снял с раны просочившуюся кровью повязку. Нина стыдливо попыталась прикрыться, но старшина отбросил мешавшую ему руку, быстро перевязал бедро. И только после этого поднял глаза на соратницу:

– Кто?

Нина молча кивнула на трофейный наган, Леша прочел надпись. Озабоченно огляделся: такой враг мог следить из-за каждого листочка.

– Срочно найди капитана и предупреди, – потребовала Нина. – Я теперь точно не смогу идти через линию фронта.

Как ни старалась говорить тихо, но Эльза услышала и едва сдержала злобную ухмылку: вот и возвращается бумеранг. Кому теперь силы тоже нужны для броска через фронт?

– А как ты… одна тут? – выразил озабоченность старшина, стараясь не смотреть на подобравшуюся, почуявшую возможность побега Эльзу.

– Свяжи ее, – попросила Нина, тоже прекрасно уловив внутреннее превосходство и злорадство соперницы.