Майор несколько раз измерил землянку шагами, остановился около сейфа. Открыл его, вытащил из железного квадратного чрева газетный кулек, издали посмотрел на врача. Та, не зная содержимого пакета, напряглась: в чем еще ей надо оправдываться?

Врагов подошел вплотную, высыпал из кулька на ладонь таблетки:

– Это что?

– Таблетки, – ответила Полина то, что ответил бы любой из опрошенных. Но у самой перехватило дыхание. Таблетки – это не патроны, это принадлежность к ее профессии, а здесь возможны любые варианты.

Не ошиблась: после ее слов наступил бенефис начальника контрразведки. Он широко оскалился, потому что мило улыбаться было не с чего:

– Не-ет. Это мел, которым ты потчуешь больных.

Не сдержался, схватил допрашиваемую за подбородок, вздернул голову, не давая опустить взгляд:

– Бригады ты отравила?

Подпертый подбородок не дал возможности расцепить зубы, и врач отрицательно помотала головой. Но майору нужны были слова, и он слегка ослабил хватку. Пленница торопливо сообщила:

– Я никого не травила. Медикаменты получаю в медсанбате.

– А приказы – из-за линии фронта, – отпустил, наконец, окончательно женский подбородок Врагов. Вытер руки носовым платком, который тут же отправил в угол для стирки: с Полины катился градом пот, и он не стал скрывать свою брезгливость. Кивком отдал команду подчиненному – увести.

Особо не церемонясь, лейтенант схватил Полину за локоть, передал поджидавшему за порогом ординарцу Врагова. Сам майор уже накручивал рукоятку телефона:

– Алло! Это опять майор Врагов. Проверьте в редакции еще и начальника фотолаборатории. Некто Кузьмич. И насколько он жаден… И заодно – есть ли такая служба в ЦК комсомола.

Положив трубку, остался недвижимо сидеть на табурете. Поднял взгляд на Соболя:

– Как ни странно, такие люди в самом деле командированы к нам из «Красной Звезды» и ЦК ВЛКСМ. И документы вроде в полном порядке. Но при этом ни в редакции, ни в ЦК ни Бубенца, ни Нину сотрудники зрительно припомнить не могут…

– Берем? – подобрался лейтенант. Улавливая нерешительность начальника, оправдал свою поспешность: – Времени совсем нет, товарищ майор. Вдруг исчезнут? На стройке 45 тысяч человек, растворятся, как… этот мел в воде.

Врагов не отреагировал, погруженный в свои расчеты. Потом посоветовал, медленно проговаривая то ли для подчиненного, то ли убеждая себя не изменять принципам, а может, просто повторяя однажды сказанную кем-то ему самому присказку:

– Никогда не падай раньше выстрела, лейтенант.

Выдержал еще одну паузу, подбирая более важные для дальнейших действий слова:

– А растворятся – не сносить нам головы. Но только ведь и они шли на встречу с кем-то из наших на стройке. И нам более важен именно этот контакт. Враг, который среди нас.