Помнишь… тогда? – невозмутимо сказал Нагасава, допил виски и заказал еще.

Хацуми отложила вилку и нож, вытерла салфеткой рот и посмотрела мне в лицо.

– Это правда?

Я не знал, что ответить, и молчал.

– Говори, как есть. Плевать, – сказал Нагасава. «Дурацкая ситуация», – мелькнуло у меня. Иногда, подвыпивши, Нагасава позволял себе такие выходки. И в этот вечер его колкости предназначались не мне, а Хацуми. Я это понимал и чувствовал себя неудобно вдвойне.

– Расскажи. Похоже, занимательная история, – обратилась ко мне Хацуми.

– Пьяный был, – выдавил я.

– Да ладно… Я же тебя не упрекаю. Просто хочу узнать.

– Мы с Нагасавой выпивали в баре на Сибуя и познакомились там с двумя подружками из какого-то женского института. Они тоже были уже готовенькие, в конечном итоге, мы нашли гостиницу неподалеку и там переспали. Сняли соседние номера. Ночью Нагасава постучался ко мне и предложил поменяться девчонками. Я пошел в его комнату, он – в мою.

– И что, девчонки не возмутились?

– Они же пьяные были. По большому счету, им тоже было все равно, с кем…

– На то была особая причина, – вставил Нагасава.

– Что за причина?

– Подружки – но уж слишком разные. Одна – красивая, вторая – страшненькая. Мне это показалось несправедливым. В смысле, я выбрал красивую, но потом стало неудобно перед Ватанабэ. И поменялся. Ведь так, Ватанабэ?"

"– Ну, так. Но если честно, мне больше понравилась та – страшненькая. С ней было интересно поговорить… и характер хороший. После секса мы там весело болтали, валялись в постели, а тут приходит Нагасава и предлагает меняться. Я спрашиваю у нее: ты как, не против? А она: ну, если вы так хотите. Наверное, подумала, что я тоже хочу ее симпатичную подружку.

– И как, понравилось? – спросила меня Хацуми.

– В смысле, обмен?

– Обмен и прочее.

– Что там может понравиться? Делаешь свое дело и все. Разве могут такие развлечения доставлять удовольствие?

– Зачем же тогда?

– Я пригласил, – сказал Нагасава.

– Я спрашиваю Ватанабэ, – резко сказала Хацуми. – Зачем ты этим всем занимаешься?

– Иногда хочется порезвиться с какой-нибудь девчонкой.

– А не лучше как-нибудь разобраться со своей любимой? – немного подумав, спросила Хацуми.

– Там запутанная ситуация.

Хацуми вздохнула.

Распахнулись двери, внесли блюда. Перед Нагасавой поставили жареную утку, передо мной и Хацуми – по судаку. Помимо того, на тарелках лежали вареные овощи под соусом. Официант ушел, и мы опять остались втроем. Нагасава разрезал утку и принялся с аппетитом есть, запивая виски. Я попробовал шпинат. Хацуми к еде не прикоснулась.

– Послушай, Ватанабэ, я не знаю, какая там у тебя ситуация, но это все – не для тебя, тебе это не идет. Как сам считаешь? – сказала Хацуми. Положив руки на стол, она пристально смотрела мне в лицо.