Пол и Слоан выбрались наружу, но Парис, сделав два шага, замерла как вкопанная.

— Мартин, я полагала, что мистер Мейтленд пришлет за нами катер, — нервно бросила она.

Сорокалетний мужчина гигантского роста и могучего телосложения, выглядевший достаточно сильным, чтобы поднять машину одной рукой, учтиво, но без излишнего почтения пояснил:

— Какие-то неполадки с мотором. Мистер Мейтленд просил воспользоваться вертолетом и обещал незабываемый вечер.

Слоан, застигнутая врасплох столь необычным требованием, поколебалась, но Парис, очевидно до смерти боявшаяся летать, отступила и с ходу наткнулась на Пола.

— Что случилось? — мягко осведомился тот.

— Простите, но мне не слишком хочется садиться в эту штуковину. Не могу, и все тут. Не выношу даже больших вертолетов, не говоря уже о маленьких!

Сердце Слоан упало. И не потому, что ей так уж хотелось подняться в воздух или увидеть своими глазами настоящую яхту. Но упустить возможность побыть несколько часов рядом с Ноем было выше ее сил.

— Кроме нас. Ной никого не ожидает? — спросила она, скрывая досаду за сочувственной улыбкой. — В таком случае, возможно, ему лучше присоединиться к нам на суше? Мы могли бы пойти куда-нибудь.

— Какая несправедливость! — с чувством воскликнула сестра. — Он велел повару приготовить все самое вкусное и так мечтал сделать тебе сюрприз!

Обернувшись, она грустно взглянула на Пола.

— Не хочу портить вам настроение. Проводите Слоан, а я вернусь домой.

Слоан уже открыла было рот, чтобы возразить, но тут на помощь пришел Пол.

— В таком случае это было бы нечестно по отношению к вам, — галантно запротестовал он. — Пусть Слоан летит, а мы поужинаем в ближайшем уютном ресторанчике.

— Не пожалеете? — нерешительно пробормотала Слоан, с благодарностью взирая на своего рыцаря.

Но того, казалось, скорее забавляла неожиданность ситуации. Кивнув в сторону вертолета, он заметил:

— Слоан, тебе лучше поторопиться, прежде чем кончится топливо! А мы с Парис отправляемся в неведомое.

Парис, нам пора.

— Он подвел девушку к машине, и та долго смотрела вслед взмывшей над морем «стрекозе». И лишь когда она исчезла в багровых закатных лучах, негромко посетовала:

— Я такая дурочка.

— Ничуть, — с готовностью заверил Пол, скрестил руки на груди и прислонился к дверце, со странным выражением на лице рассматривая девушку. Несколько выведенная из равновесия его пристальным изучающим взглядом и загадочной улыбкой, Парис выпалила:

— Вы, должно быть, считаете меня истеричной идиоткой.

Пол молча покачал головой.

— Но я в самом деле боюсь вертолетов.

— Должно быть, это несколько портит удовольствие, но тут уж ничего не поделаешь.