За торговым центром свернул налево, дальше опять все стало пусто, только песок, кактусы, заросли паловерде. Дома, какие видны, были уже большими и солидными. Это место распродали относительно недавно, большими участками, и строились тут «на все деньги», а с деньгами у местных обитателей было нормально. Не Скоттсдэйл, до которого отсюда рукой подать, но не бедная местность. И народ помоложе, потому что в Скоттсдэйл, грубо говоря, помирать приезжают, выйдя на пенсию.

Сама дорога тоже была совсем простенькая – потрескавшаяся на жаре асфальтовая двухполоска самого сельского вида. Но хорошо, что хоть не грунтовка, а то еще и пыль бы до неба следом поднималась. И опять же прямая как стрела, как еще дороги по пустыне прокладывать? Только вот так.

Поворот под знаком «стоп», на котором я еще ни разу ни единой машины не встретил, еще чуток проехать – и вот уже и на грунтовку поворот. Причем куда она ведет, с дороги не увидишь, по обочинам песчаный вал, поросший кустарником, тянется. Здесь я и живу, и соседи у меня есть, просто их видно плохо.

Пикап легко вскочил на бугор, подкатил по короткому отрезку грунтовки к воротам – мой участок был огорожен легкой изгородью для скота. Раньше тут была пустая земля, а по ней редкие ранчо разбросаны. Потом держать ранчо стало вовсе не так выгодно, как продать землю под дорогую застройку, поэтому ранчо как хозяйств не стало. Зато те ранчо, что были выстроены капитально, в таком виде и пошли на продажу. Или в них остались жить разбогатевшие бывшие владельцы земель. Поэтому тут так странно все и выглядит – то современный дом в типичном дорогом аризонском стиле, светлый, цвета песка, одноэтажный, то вдруг типичный фермерский, обычно кирпичный, потому что только кирпичные здесь и уцелели. Зато только у таких домов большие, обычно больше акра, участки.

Поэтому я свое ранчо и купил – земли много, просторно. Длинный такой незамысловатый дом с такой же длинной террасой по фасаду, никаких архитектурных изысков. Бурый кирпич, двускатная крыша, деревянные столбы. В углу участка была раньше конюшня, но я лошадей не люблю и разводить их не собираюсь, так что вместо нее поставили навес для ар-ви, то есть большого серебристого жилого трейлера «Airsrteem». Вместо гаража тоже навес, к нему пристроен сарай-мастерская, тоже моя вечная мечта. Под навесом две машины: новенький «мерседесовский» кроссовер Роситы и скромный серый «фордовский» пикап семилетнего возраста, уже снятый с производства, моя машина «на случай чего».

Загнал «Хэви Дьюти» задом под крышу, выбрался из кабины, чувствуя некую накатывающую волну облегчения от того, что добрался, наконец, до дома. Жара уже слегка спала, тянуло даже легким ветерком. Но это последние глотки воздуха, скоро тут и по ночам будет дышать нечем.