А потом – то нападение…

– Мы всё выясним, – пообещал он.– Кто на вас тогда напал. И что с тобой теперь творится.

Я уже открыла рот, чтобы снова спросить, зачем ему это нужно. Но вовремя передумала – сказал же, завтра все объяснит.

– Сможешь сегодня спать, не задевая место ожога? – вдруг спросил он.

– Попробую.

– Тогда не будем бинтовать – быстрее затянется.

И вновь обхватил меня обеими руками. Одна проникла под пижаму и прижалась к моему голому животу. Что за…? Вспомнила, сеанс энергообмена.

– Я постараюсь передать как можно больше. Чтобы тебе хватило хоть на пару суток.

Я заерзала, пытаясь отвоевать себе больше пространства.

– Не шевелись. Вообще можешь подремать.

– Я уже хочу спать.

Он пресёк мои попытки вывернуться и сжал еще крепче.

– Отнести в кровать?

– Нет. Давай лучше здесь.

– Не мешай мне сейчас. И завтра проснёшься хорошо отдохнувшей.

Сил почти не осталось, тело расслабилось само собой.

А последний аргумент и вовсе меня почти убедил его послушаться:

– Если бы я и захотел к тебе ночью приставать, все равно ничего бы не вышло. У меня не останется сил, чтобы проявить должную настойчивость.

Так что, следующие несколько часов ЭТОГО можешь не опасаться.

Я сдалась и замерла, облокотившись ему на грудь. Как он проявляет настойчивость, я уже имела возможность испытать на себе. А на что он способен в остабленном состоянии?

Стоп. Что значит «следующие несколько часов»?! А потом что же?"

"К счастью, размышлять над каждым его словом я была больше не в состоянии. Чувствуя, как тепло, исходящее от его ладони, проникает под кожу и растекается от солнечного сплетения по всему телу, я удобнее устроилась в его руках и, кажется, стала засыпать.

Глава 22

Едва распахнув глаза, я осознала – просыпаюсь в этом месте впервые. Новые звуки незнакомого утреннего леса, серо-зеленая дымка за окном. Влажный, напоенный ароматами хвои и тихоокеанского бриза воздух.

Вдохнув полные лёгкие, я запрокинула руки вверх в попытке потянуться, но не тут-то было. Ощущения такие, будто нахожусь в коконе. Тёплом, мягком, очень уютном.

Состояние блаженной неги как ветром сдуло, стоило припомнить обстоятельства последних двух дней. Полуночная беседа с Джорданом Фрэйзером перетекла в утреннее пробуждение в его объятиях.

Осторожно скосив глаза, убедилась – я все еще в своей пижаме. На мне одеяло, поверх которого покоится тяжеленная ручища. Оно отделяет меня от Джордана, но даже сквозь несколько слоев ткани я чувствую спиной горячее тело, тесно прижатое к моему.

Интересно, он еще спит? Или проснулся раньше, и теперь хладнокровно наблюдает, как я пытаюсь выпутаться из двусмысленного положения.

Тянуть время не было смысла. Я осторожно приподнялась на локте, и попыталась осмотреться.