– После того, как я вернулась из ущелья, мое самочувствие было очень хорошим. Я даже боли от ушибов не чувствовала. Но за пару дней превратилась в немощную старуху. И Уаэтт отвёз меня к водопаду.

– С чего вдруг ты решила с ним куда-то ехать! – он яростно забросил поленья за каминную решетку и чиркнул длинной спичкой. – Оливия, да ради бога!

– Он обратил внимание на мои глаза и заговорил о Саманте, – невесть зачем начала оправдываться я. – Конечно, я с ним поехала! А что мне оставалось делать?

– И как, помогло?

– Вода вернула силы. Но тоже ненадолго.

– Иными словами, на тебя и огонь, и вода действуют одинаково? Но полностью не восстанавливают?

– Получается, так, да.

А должно быть иначе?

– Возможно, ты и не способна выделывать всякие фокусы пока, но пополнять энергию жизни должна полностью. Она дает силы, исцеляет. А то, что происходит с тобой…

Он присел рядом со мной на кровать, и стал наблюдать, как разгорается пламя.

– Я в тебя столько энергии влил в ту ночь, что даже самому дурно стало. А тебе этого хватило лишь на сутки. И ладно бы, ты каким-то образом расходовала больше, чем получаешь – бегала много, к примеру, или занималась борьбой.

Но нет. У тебя не просто уходят силы непонятно куда. Тебя что-то убивает. Уже второй раз ты балансируешь на грани. Но мы с Йеном чудом оказываемся рядом. Понимаешь теперь, почему тебе нельзя оставаться одной?

– Так я и не одна, – возразила я, имея в виду дядю Томаса. Не зря же дед с бабулей меня к нему отправляли, он точно что-то должен об этой чертовщине знать.

– Ну конечно, – саркастически поддакнул он. – Холли уже обмолвилась.

– О чем? – я зевнула и потёрла лицо руками, борясь с желанием немедленно уснуть.

– О том, что ты влюблена в Торнтона. С детства. Поэтому, видимо, так странно себя ведёшь.

Убью её.

– Странно?

– Он отвозит тебя в логово своего врага, и бросает одну, зная, что я буду тебя подозревать. А ты, едва вернувшись, едешь с ним снова в лес.

– Я уже объяснила – выбора не было. Время шло, мне становилось хуже, а помощи ждать было больше не откуда!

Заметила, при упоминании Уаэтта Торнтона Джордан тут же мрачнеет. Видимо, имеются у них личные счеты, не могут же они ненавидеть друг друга из-за того, что случилось более двухсот лет назад? Пока я гадала, что же это может быть, мой конвоир сходил вниз и вернулся с моими вещами.

– Что произошло между вами вчера? Расскажешь? Я пока переоденусь.

Я решила послушно ответить на все его бесконечные вопросы. Особенно про все, что касается Торнтона. Поскорее бы он уже от меня отстал, так сильно хочется спать.

– Мне показалось, он был не в себе. Зашел без приглашения, стал обвинять в том, что я вру. Точно не помню, что именно он говорил.

– А потом попытался убить? – подсказал из ванной Джордан.