Я засунула поглубже свою гордость, собралась с духом и отчетливо проговорила:

– Я. Тебя. Боюсь.

Он замер, буравя меня взглядом. А я изо всех сил старалась не отвести свой. Вряд ли для него такое откровение стало неожиданностью. Очевидно же, что первое, тем более такое сильное впечатление о человеке непросто изменить.

– Давай сейчас обсудим твои страхи, и перевернем уже эту страницу, – наконец проговорил он.

И протянул руку. Я осторожно вложила в неё свою, и спрыгнула на пол.

В полном молчании, так и не разжимая рук, мы прошли в гостиную. В этот поздний час она тонула в темноте, но включать свет никто из нас не стал.

Я даже подумала, что это к лучшему – мне проще будет разговаривать с ним, не видя его лица.

– Итак. Поговорим о том, что тогда произошло? – уточнил он, опускаясь на диван.

Я села в кресло в метре от него.

– Я хочу знать, что было после того, как ты привез меня к себе в ущелье.

В ответ молчание. Во мне начали подниматься злость и досада.

– Ты рубашку на мне разорвал! Я, знаешь ли, не планировала раздеваться догола перед незнакомцем. Но моего мнения никто не счел нужным спросить.

Вдруг стало очень обидно от осознания того, насколько глупым ему, вероятно, кажется этот наш разговор.

Да он, небось, десятками женщин раздевает, и они у него не спрашивают, зачем и почему без разрешения.

Я вскочила на ноги, сама не зная, зачем. Джордан поймал меня за запястье, и потянул на себя вниз.

Я приземлилась на мягкие подушки рядом с ним и замерла, словно зверек, угодивший в капкан.

– Позволил ли я себе лишнего тогда? – он разжал пальцы. – Ты вырывалась, пыталась меня ударить подсвечником. Даже укусила, – перечислял он. – И я ненадолго потерял контроль.

Он и проговаривал все очень медленно и четко, будто стараясь не сказать лишнего.

– То, что потом произошло – страшно, согласен.

– Мне казалось, я тону. Это просто бесчеловечно! Ну да, декстралы ведь – не люди.

Джордан изменил немного позу, повернувшись ко мне.

– Эта способность есть не у всех декстралов. В нашем роду, из ныне живущих – только у меня. Способность создавать иллюзии в чужом сознании.

Я снова встала и отошла подальше от него, вглубь комнаты, пытаясь собраться с мыслями. Он не стал останавливать в этот раз. Я видела очертания его тела на фоне неярко освещенного луной окна, сама находясь в темноте.

– Все это было только для того, чтобы выудить из меня правду? О Торнтоне?

– Да, – просто ответил он.

– И сейчас ты не уверен, честна я с тобой, или нет?

– Сейчас я знаю точно, что ты с Торнтонами никак не связана. Но у меня есть сомнения по другому поводу.

– Но ты не будешь больше выдавливать из меня откровения пытками?

– Больше никаких пыток, – пообещал он. – Или сюда.

Я замешкалась.

– Разговаривать проще, смотря друг на друга.

Я не сдвинулась с места.