Дорожка была подсвечена вкопанными в землю через каждые несколько метров фонарями

– Какие еще здесь есть постройки? – поинтересовалась я, завидев вдалеке среди деревьев желтоватые огоньки. Тея стала загибать пальцы:

– Особняк на берегу, гостевой дом поменьше и домик для персонала. Еще несколько сооружений хозяйственного назначения.

Вот, значит, как. При желании, здесь можно запросто разместить человек тридцать. И с электричеством, судя по всему, проблем нет.

Дорожка вывела нас к перекрестку. Причем освещалась она только спереди и позади нас, а слева и справа тонула во тьме.

Осмотревшись, я заметила высокий резной деревянный столб в паре метров от нас. Он был увенчан изображением птицы с хищным клювом и распростертыми крыльями. Тотем. Видимо, очень старый, потому что краска почти полностью слезла, и было видно много сколов.

Я подошла ближе, влекомая простым любопытством. Выходит, этот остров тоже когда-то был заселен тускарорами, а сейчас находился в собственности у Фрейзеров. Сложно иметь дружественные отношения с соседями, когда предметом раздора является земля, которая по праву рождения принадлежит одним, а по закону – другим.

– Здравствуйте, девушки! – прозвучал совсем рядом приветливый мужской голос.

– Добрый вечер! – поздоровалась Холли за нас обеих, потому что я замерла, как вкопанная, у тотема. Столб завораживал меня, но не искусной резьбой или реалистично выполненным навершием. Чем-то таким, чего я не могла объяснить, но ощущала физически. С трудом переведя взгляд, я все же повернулась в сторону встречающего нас крепкого симпатичного парня.

– Это Холли. И Оливия.

– Оливия? Та, которая…

– Угу, – быстро перебила его Тея.

– Я – Чейтон, – представился парень и подхватил наши рюкзаки.

– Мой жених, – добавила она.

– Вы помолвлены? Как здорово! – оживилась Холли.

– Да. Только моя семья еще об этом не знает.

– Расскажешь, если твой брат сюда приедет и увидит вас вместе? – поинтересовалась я.

Она помрачнела.

– Не знаю. Сначала скажу только о том, что мы любим друг друга. А дальше – как пойдет.

– Вы как Ромео и Джульетта! – не унималась подруга, считающая видимо, что настоящей любви никакие запреты – не помеха.

– Не хотелось бы усугублять конфликт. Но рассказать всем рано или поздно придется.

Чейтон притормозил, перекинул оба рюкзака на одно плечо, и взял свою невесту за руку.

– Может, это станет первым шагом к примирению? Началом диалога, хотя бы.

– Что-то мне не верится, – вздохнув, ответила она. – Если с братом еще можно договориться, то с Джорданом все сложнее – он привык, что его слово – закон. А к вашим он настроен крайне негативно.

– Такой самодур, что ли? – уточнила Холли."

"– Совсем наоборот – педантичный, хладнокровный, все и всех вокруг держит под контролем.