– Эмбер, – представилась она и поправила очки в тонкой золотой оправе.

Она довольно симпатичная. Разве что слишком длинный нос и тонкие губы делают ее внешность строже.

– Потом она предложила попробовать с огнем.

– И сработало, как видишь.

– Ты чуть ее не сожгла!

– Но не сожгла же.

– Постойте, – я вклинилась в их спор. – Что сработало?

Эмбер окинула меня снисходительным взглядом, и предложила:

– Идем в дом. Ты переоденешься, а мы тебе все расскажем?

Глава 14

Я быстро приняла душ, потеплее оделась и спустилась на первый этаж.

Кое-как наложила повязку на обожженное запястье, стараясь не привлекать к этому внимания моих спасительниц.

Новая знакомая ожидала меня за обеденным столом в гостиной, а подружка гремела чем-то на кухне.

– Эмбер, как ты оказалась здесь?

– Услышала Холли в лесу. Она рассказала, что с тобой стряслось.

Та как раз появилась, держа в руках открытую банку арахисовой пасты и столовую ложку.

– Пришлось рассказать, виновато подтвердила она. – Сомневаюсь, что одна дотащила бы тебя до города.

– Позвонить не получилось?

– Нет. Я вернулась к бревну, а ты лежишь. Начала кричать, думала, вдруг кто гуляет неподалеку. Так и оказалось.

Эмбер придвинула ближе кружку с горячим чаем, и кивнула:

– Я бегала. Хорошо еще, что наушники не успела надеть, а то бы…"

"– Она сказала, что понимает, что с тобой, – перебила подруга. – И знает, что нужно делать.

– До водопада нам было не дойти, поэтому попробовали с огнем. Получилось, как видишь.

Я почувствовала стыд за то, что обременяю, в сущности посторонних людей своими проблемами.

– Спасибо, что помогли.

Эмбер кивнула, и, после недолгой паузы, вдруг спросила:

– Скажи, ты правда ничего не знаешь об иннатах? Точно помню из бабкиных рассказов, что МакКинноны – старый, очень сильный иннатский род. Был двести лет назад, по крайней мере.

– Впервые про это я услышала здесь, от Уаэтта Торнтона.

– Очень странно.

– И я ничего такого не слышала,– вставила Холли. – Хотя моя семья – потомки тех самых первых шотландских переселенцев. Может, наше поколение так далеко от истоков, что нам уже нечего наследовать?

Эмбер снисходительно улыбнулась и покачала головой:

– Знаешь, мы ведь не просто одаренные люди. Мы вообще другой вид. Даже если в каком-то поколении примешивается человеческая кровь – наши гены доминируют. Хотя смешанные браки почти всегда оказываются бесплодны – в них крайне редко рождаются дети.

– Но почему я ничего об этом не знаю? – упрямо повторила подружка.

– Не зависимо от того, знаешь ты или нет – это наследство в нас живет. И будет жить в наших детях, внуках…

– Я никогда себя не чувствовала как-то особенно. Даже сомнений не возникало в моей нормальности, пока не переехала сюда.

– Значит правду от вас скрывали намеренно.