- Мэтт, Грейс не простит мне, если я пропущу праздник, устроенный Тайлором в её честь. На этот раз он собирается дать грандиозный бал, я не могу остаться в стороне! А что до Глори... - Оливия ласково коснулась каштоновой пряди, упавшей мужу на лоб. - Думаю, наша малышка уже достаточно взрослая, чтобы совершить своё первое путешествие в столицу!

Ей было приятно, что даже в этом Мэтт проявляет о них с дочкой такую трогательную заботу!

- Если ты так хочешь, дорогая, - сдался Мэтью, целуя Ливи в висок.

Виконту ничего не оставалось, как только согласится. Он не мог продолжать уговаривать Оливию остаться, не вызывая ненужных подозрений. Мэтт был уверен, что придумает как оставить жену в неведении и при этом оказаться в объятьях роскошной фрау Марты!

Глава 4

Бал в честь дня рождения герцогини Трентон оказался грандиозным. Мэтью, державший за руку Оливию и с раздражением поглядывающий на неё, с трудом пробился к Тейлору и Грейс, чтобы поздравить их и быть представленными. Лакей произнёс их имена, и вот уже Ливи приседает в реверансе, и её восхитительное зелёное платье колыхается в такт её движениям. Если бы его мысли не были заняты авантюрой, на которую он все же решился, Мэтт оценил бы и платье, и прекрасную фигуру своей молодой жены, и её улыбку, которую она дарила ему с непосредственностью невинного дитя... Но сегодня он безумно нервничал.

Марта во что бы то ни стало хотела появиться на балу именно в доме Грейс. Узнав о бале, она захлопала в ладоши и сообщила, что вот там то, в особняке герцога Трентона, она и отдастся своему новому покровителю, и после они смогут отправиться осматривать её новый домик который Мэтт подарил ей и который она хотела обставить по своему вкусу.

- А ещё я надену алмаз, и пусть все знают, что я принадлежу вам! - уверенно заявила она.

Как провести Марту на бал, Мэтт не знал. Но оставив Оливию в обществе приятельниц, он отправился вниз, где вскоре увидел служанку своей пассии. Девушка провела его к роскошной карете, и Марта, невероятно красивая, в черном платье и густой вуали, вышла на мостовую. О том, что это она, говорил только невероятный алмаз, что сиял на её груди, и ещё несколько недель назад был предметом вожделения различных леди и скандала, когда Марте всё же удалось завладеть им.

- Дом вашего деверя великолепен, - тихо проговорила она, поднимая вуаль и сияя глазами ярче, чем сиял алмаз у неё на груди.

Мэтью улыбнулся. Ещё чуть больше год назад эта женщина не была доступна ему, и он только издали мог мечтать о ней. Сейчас же он выполнит её каприз, а после... А после она станет принадлежать только ему так долго, как он сам пожелает. Он сможет навещать её, вызывая зависть всего света, и наконец утерев нос графу Филду, который никогда не сможет оплатить её безумные счета.