Отпала нужда изобретать оружие, и гротецианцы смогли уделять больше времени науке, земледелию, астрологии и многим другим волшебным и не очень наукам.

В замке рода Дэмонио тоже готовились с шиком отпраздновать этот великий день. Слуги украшали лестницы, залы и балюстрады ветками вечнофиолетовой араукарии и цветами драцены, переплетённой алыми лентами. В некоторые композиции для запаха и красоты добавляли веточки лавровишни и можжевельника. Фиолетовые ветви символизировали магов и магию, а цветы драцены считались драконьими. Сплетенные вместе, они считались символом мира и дружбы.

Карла и Карина, у которых наступили каникулы, отправились вместе с Дэлией, няней и капелланом за покупками. И только когда карета доверху наполнилась подарками, праздничной одеждой, костюмами драконов, цветами и коробками со сладостями, девочки успокоились.

— Постойте, я заскочу еще в этот магазинчик! — выкрикнул дон Дино и скрылся в небольшом заведении, вывеска которого гласила: «Парики на любой вкус и фасон».

— Странно, — заметила Слава. — У капеллана, вроде бы, натуральные волосы. Зачем ему парик?

— Он всегда их покупает, но никогда не носит, — объяснила Карина. — Странность у него такая. Не обращай внимания и не спрашивай, иначе он обидится.

По возвращении в замок их ждал еще один сюрприз — не слишком приятный. Точнее, неприятный совсем. Возле парадного крыльца стоял украшенный золотом и цветными лентами экипаж, а слуги сновали туда-сюда, выгружая во множестве чемоданы, коробки, картонки и даже маленькую проказливую… Нет, не собачонку, а дракончика рода Бибиди — весьма злостное и агрессивное существо, трепетно любимое модницами за белоснежную шкуру и трогательный розовый нос.

— Кто к нам приехал? — спросила Слава, догнав на лестнице одну из служанок.

Та обреченно закатила глаза и тряхнула чемоданом, который держала в руках.

— Невеста дона Дрэго пожаловала! И уже устанавливает в замке свои правила и порядки. А ведь еще не хозяйка.

— Невеста?! — переспросила Слава, внутренне цепенея.

Глава 55

Невестой оказалась высоченная и сухая, словно трость, донья с огненно-рыжими волосами и вытянутым, точно у лошади, лицом. Лоб, скулы и область декольте она до такой степени натирала серилами, что они сыпались на ее роскошное золотое платье. Витиеватые рожки, дарованные природой, были украшены колпачками, инкрустированными бриллиантами."

"— Это же донья Кэйд!.. — воскликнул дон Дино, узнав гостью. — Вдова почтенного дона Сельно, магистра ордена Белой лилии. После смерти супруга донья Кейд осталась чуть ли не единственной представительницей своего рода, владелицей замков, торговых лавок и магазинов.