– Стой! – сонливость со Славы слетела, как и меховая накидка. – Хочешь сказать, что монстр из-под земли не выбирается? И усыпляет нас вовсе не он, а сами деревья?

Карина кивнула и, всхлипнув, утешающе погладила ствол.

– Так-так-так… – мозг Славы активно заработал. Сложив ладони рупором, она выкрикнула: – Карла, возвращайся, ты нужна нам! И не думай, будто я не вижу, как ты спряталась за деревом.

Карла, конечно, не могла оставить сестру и няню, оттого и не ушла далеко. Но сейчас Слава была слишком взволнованна, чтобы ругать за непослушание. Были дела поважнее.

– Карла, если ты можешь разговаривать с деревом, спроси, что могут его плоды? – предложила запыхавшаяся от быстрого бега Карла. Она буквально упала на Славу, придерживая бок, в котором нещадно кололо. – Может быть, нам удастся прокопаться под землю и прикончить этого монстра?

Карина кивнула и положила на шершавый ствол обе ладони. Наблюдать за тем, как она безмолвно общается с деревом, было довольно необычно, если не сказать странно.  Губы ее беззвучно шевелились, и Славе показалось, будто кроны отвечают ей тихим шуршанием листьев.

– Там есть заброшенная нора медведя фрило!.. – Карина, не открывая глаз, указала вправо. – Через нее можно пробраться под землю. Достаточно отодвинуть корявый пень.

Мимо этого места Слава прошла как минимум десяток раз, но если бы не подсказка, ни за что не догадалась о его важности. Пень плотно прикрывал вход в нору, но, к частью, был трухлявым и оттого легким. Вооружившись луком, Слава поползла по проходу, строго-настрого запретив Карле следовать за ней.

– Иначе я просто не смогу выбраться! – сказала она.

– Но я хочу помочь, – скуксилась Карла. – Это невыносимо Ї смотреть, как ты уходишь под землю.

– Присматривай не за мной, а за сестрой, – снова распорядилась Слава. – Если через двадцать минут не выйду, хватай сестру и тащи ее в лагерь. Заодно сообщите амазонкам, что здесь творится на самом деле.

Отдав последние указания, она нырнула в проход – такой глубокий, что вскоре почувствовала себя Алисой, гонявшейся за белым кроликом.

Кстати, о странных и волшебных существах – таковые нашлись. Крутой поворот вывел Славу к широкому провалу, в котором и происходило главное действо: низкорослый человечек с рыжей, торчащей во все стороны бородой колотил кайлом по плотным, изогнутым и закрученным в спиральки золотистым корням, отчетливо выделявшимся на фоне красноватого песчаника.

– Эй, а ну, прекрати! – приказала Слава, метясь из лука. – Ты зачем убиваешь дерево?"

"Гном (а некоторые атрибуты не заставляли сомневаться в его принадлежности к этому славному народцу), развернулся и, тряхнув бородой, вспылил:

– Ох уж эти эльфийки, совсем офонарели! То подавай им как можно больше наконечников для луков, да непременно из тривардиса.