Тихо сидели Ас – Игорь Гринчук, Моряк с безмятежной фамилией Мирный, Антон Колесников – Удав и Дима Родимов по прозвищу Муха.

Чернов-Злодей пересел ближе к Скутеру, что вообще было делом редким – они в колонне-то были в разных концах.

– Скутер...

– Чего? – Горчихин поднял глаза на Злодея.

– Чего-то хотел спросить у тебя... – Коля Чернов снял вязаную шапочку и почесал голову. – Забыл совсем.

– Может, свечу зажигания? – подсказал Подкидыш. – Или гребной винт? Скутер, не давай. А то Злодей займет твое место впереди отряда.

Сначала зашелся смехом одноглазый Скумбатов, утопив свое лицо в широких ладонях, к нему присоединились Подкова, Муха... Самым последним по положению в колонне засмеялся Злодей. Странно было видеть улыбку на его пугающей физиономии.

– Подкидыш, тебе никто не говорил, что ты дурак? – успокаиваясь, спросил Чернов.

– Будешь тут дураком, когда над головой ножи летают. Пантера, – позвал Найденов приятеля, – потренируйся на нем, – Подкидыш кивнул на долговязого лейтенанта Скумбатова по кличке Один-Ноль. – Только бери правее.

Одноглазый разведчик ухмыльнулся и на шутку Подкидыша не отреагировал. Он посмотрел на часы, потом в небо, прислушался.

– Кажется, летят, – лицо Скумбатова перекосила гримаса. – Готовьтесь принимать поздравления, господа офицеры!

В небе нарастал гул самолетов: «МИГи» торопились нанести ракетно-бомбовый удар по сотне боевиков, обнаруженных разведрасчетом Виктора Заплетина.

Глава 3

Нехорошее дело

6

Москва, 8 ноября, среда

Полковник Эйдинов возглавлял в Управлении военной контрразведки ФСБ профильный оперативный отдел. Профильный – означал узкую направленность в работе, касающейся преступной деятельности военных. Отдел родился приказом директора ФСБ два года назад, его офис находился в старом здании на Большой Дмитровке, неподалеку от Российского центра хранения и изучения документов новейшей истории. В состав профильного отдела входило пять групп в основном по пять-шесть офицеров-оперативников в каждой и специальные агенты.

– Нужно проверить кое-что, – Владимир Николаевич жестом усадил напротив себя тридцатилетнего начальника 1-й группы майора Петрова, худого, узколицего, одетого в зеленый полувоенный джемпер «Хольстер» и модные тупоносые ботинки. – Вернее, я хочу с тобой посоветоваться, Толя.

Такая манера общения с подчиненными на первый взгляд говорила о некоторой неуверенности Эйдинова: он отдавал распоряжение, но тут же просил высказать, если имеется, иную точку зрения. Однако все обстояло гораздо проще: считаясь неплохим аналитиком, полковник приплюсовывал себе в актив их идеи."

"Эйдинов был на девять лет старше Петрова и как две капли воды походил на скрипача Сергея Стадлера.