Негромко постукивая тростью, мэдчен ван Ретт дошла до своих покоев. Криво усмехнувшись, щелкнула пальцем по табличке с именем и вошла внутрь.

- Почему грустишь, Цветочек? - Мора Ровейн полулежала в кресле. Точно так же, как и тогда, когда Катти увидела ее впервые.

- Я перестала что-либо понимать, - грустно произнесла Катарина.

- Сядь и поплачь, - предложила Германика. - Или послушай меня.

- А есть вариант сесть и послушать? - невольно улыбнулась Катти.

Мора Ровейн рассмеялась и кивнула подопечной на кресло:

- Падай уже, Цветочек.

Но падать ван Ретт не стала. Осторожно присела и, устроившись поудобнее, выразительно посмотрела на свою дуэнью.

- Во-первых, прости, что напугала тебя. Я пообещала прибыть вчера, а прибыли мы все только сейчас. И да, опоздали из-за меня. Во-вторых, не бойся ничего, что будет происходить на Отборе.

- Одна ваша последняя фраза, мора Ровейн, способна довести до паники, - возмутилась Катарина.

- Понимаю, - кивнула Германика. - Я физически не могу открыть тебе королевскую тайну. Мне и так крепко досталось. Но этот Отбор испугал меня - прийти и сказать своей лучшей подруге, что не уберегла ее дочь...Это было бы слишком тяжело для меня. Поэтому я рискнула обыскать кабинет его величества.

Катарина ахнула:

- И ты выжила? То есть, простите, и вы выжили?

Дуэнья пристально посмотрела на Катти, помолчала и ответила:

- А мне нравится. Говори мне «ты», Цветочек. Наедине. И да, я выжила. Еще бы я не выжила. Зато могу гарантировать - все странности Отбора имеют под собой одну очень простую причину. И ваше малое количество - тоже. И все, гм, дополнительные негласные испытания. И, самое главное, - твоя жизнь вне опасности.

Вытащив из-за рукава семечко, Катти бросила его на пол и сорвала с выросшей лианы клубничинку:

- Ты издеваешься? Мора Ровейн, это ведь как нищему показать золотой. Может, ты хотя бы назовешь все параметры?

- Только несколько, - покачала головой мора Ровейн. - Внешность, желание участвовать и отсутствие нежных чувств к кому-либо.

- Но я не хотела, - нахмурилась Катарина.

Германика резко скинула ноги с подлокотника, села как приличная мора и ехидно вопросила:"

"- Ни вот настолечко? Никогда-никогда не думала о том, что ничем не хуже других? Не хотела доказать окружающим, что твоя травма ни на что не влияет? Не мечтала перед сном всех удивить?

Резко покраснев, Катти отвела глаза и тихо прошептала:

- Так ведь я просто так. Просто... Помечтать перед сном - это одно. А хотеть - совсем другое. Я много о чем перед сном мечтала! И где, спрашивается, мой принц на золотом драконе? Вместе с семенами Тор-иль-Ротра?

- Тор чего? - ошеломленно переспросила Германика.

- Это исчезнувший вид колдовской фиалки, - буркнула мэдчен ван Ретт.