Или ты ко мне. У меня вино и фрукты в сундуках.

- Когда ты успела?

- Ты что? Я сундуки собрала, еще когда с венцом на голове проснулась. - И Мадди тяжко вздохнула. - Как мать с отцом расстроились. Нам бы ту солеваренку, эх. Мы ведь в обмен-то маслобойню даем. Все честь по чести. Ладно, не буду тебя расстраивать.

Катарина смогла только кивнуть. Расстройства Мадди ей было не понять. Солеварни, маслобойни - все это было далеко от Катти. И потому, выйдя на балкон, она решила чуть обождать и, если нянюшка с вещами не появится, пойти гулять.

Покои невесты состояли из спальни с крохотным балконом, гостиной и ванной комнаты. Правда выяснилось, что ванная действительно одна на двоих - имелась вторая дверь.

Вернувшись в спальню и через нее выйдя в свою небольшую гостиную, Катарина услышала, как кричит Боудира. Да так громко, так непристойно. Вроде как мэдчен ванен Крют напирала на то, что кто-то из невест подменил ей украшение. А служанка пыталась объяснить взаимосвязь между именем на двери и появлением шкатулки.

Катти покачала головой и на всякий случай зарастила лианой вход в покои. Ну ее, истеричку. Еще явится проверять, что за украшение на Катарине.

За несколько часов мэдчен ван Ретт едва не сошла с ума от скуки. В изящном секретере нашлись чистая бумага и чернильные палочки. Все остальные полки были пусты. Кроме секретера здесь стояли два тонких и изящных кресла, круглый стеклянный столик. Спальня Катарины была отделана в сливочно-желтых тонах. А гостиная радовала прекрасным коралловым оттенком.

- Надо как-то разнообразить все это благолепие, - вздохнула мэдчен ван Ретт и придвинула к себе чистые листы.

Так что к визиту нянюшки у Катарины было готово два графических рисунка. Карикатура на белатора Альтгара и кошка в ветвях рябины. Катти не была прирожденным художником. Но воспитание благородной мэдчен предполагает уроки живописи, пения и вышивки. От последнего плакала как Катти, так и нянюшка.

- А похож, - хихикнула эйта Талем и чмокнула воспитанницу в щеку. - Без нас ты остаешься, Катти. Бесы бы драли эти правила. Вот только поможем тебе разложиться, и все. Дальше чужие будут за тобой присматривать.

Шумный причитающий вихрь промчался по комнатам. Нянюшке не понравилось все - постель плоха, белье ужасно. Ковры вытертые, занавески тонкие. Шкаф ненадежный, дверь хлипкая. Под конец пожилая женщина села и горько заплакала, что оставляет свою девочку в этом гнезде нищеты.

Катарина только глазами хлопала - белья такого качества в семье ван Реттов не водилось. Тончайший тюль был очарователен, а ковры...По этим коврам Катарина мечтала босиком походить - настолько густым выглядел ворс.

- Да как так-то? Цветочек наш и без присмотра.

Обняв няню, Катти погладила ее по голове и тихо сказала:

- Все будет хорошо.