На глазах высокого, кряжистого мужчины была ритуальная повязка. Ведь любовь слепа, а значит, и жрец, соединяющий пару, должен быть слеп.

- Здесь, служитель.

- Альтгар, ты здесь?

- Здесь, служитель.

Гар вышел из тени и встал рядом с возлюбленной. На белаторе красовалось официальное черно-серебряное одеяние Главы Совета.

- Пусть вашу жизнь обойдут невзгоды и любовь ваша не погаснет под порывом ветра. Богине угодны любовные союзы, ибо мирская выгода в брачном союзе, редко несет счастье людям.

Жрец говорил правильные, умные вещи. И Катти догадалась, что это Наставник Алфей, самый скандальный храмовник среди почитающих Серую Богиню. Много лет назад именно он отказался венчать Агуиру и Пальдерика. Тогда же ему пришлось сложить с себя сан Верховного Служителя.

- Целуйтесь, пусть Богиня порадуется.

Когда Гар привлек ее к себе - Катарина ахнула. Ощущение горячих, сухих ладоней на абсолютно обнаженной спине было... неожиданным. Неожиданным и очень приятным.

Поцелуй вышел целомудренным. Возможно, Альтгар сам стушевался от ощущения гладкой, шелковой кожи под руками. А возможно - не хотел делиться своим сокровищем с гостями.

Катти заметила гостей только тогда, когда пришло время повернуться к алтарю спиной и поклониться родителям.

Правда, из родителей присутствовала только Сабрина ван Ретт. Но зато было огромное количество белаторов.

- Ты всю Башню позвал? - тихо спросила Катарина.

- Это наша семья, - улыбнулся Альтгар.

На улице, прямо в парке, стояли столы с простым, угодным Богине угощением - запеченное на угольях мясо, фрукты и сырые овощи.

Выдержав первые три тоста, Катти отошла. Она искала маму. И нашла ее в стороне. Сабрина сидела на стволе поваленного дерево и играла с доверчивыми светлячками.

- У тебя красивая бабочка. Фамильяр?

- Да.

- Как зовут?

- Стерва, - Катарина чуть смутилась, но ответила честно.

- Оригинально.

Дочь присела рядом с матерью.

- Что ты решила?

- Развод. - Сабрина сдула с ладони светлячка и повернулась к дочери. - Я не знала, Катти. Твой отец не сказал мне ни слова. Я бы не позволила ему замолчать это. Ведь ритуал... Он сделал тебя белатором, а если бы нет? Если бы...

Смахнув кружевным платком одинокую слезинку, Сабрина продолжила:

- Все можно было решить. За опыты над людьми - самое строгое наказание. Но все это решаемо. Все. Если не молчать. Всегда найдется человек, способный разнюхать грязную тайну. Линдгард боялся потерять сына, потому что я более не способна родить. Он не хотел заводить бастарда и передавать род ему. Что ж, теперь ван Реттов больше нет.

- Ты хочешь порвать с ним отношения?

- Если он придет - я приму его. В своем доме. Как любовника. Но замуж не пойду - он уже был отцом и мужем. И не справился.

- Но ты его любишь.

Сабрина вздохнула:

- С самой первой встречи.