О, похоже, Сахарок прекрасно может сам о себе позаботиться.

Жрица принялась жестикулировать с ещё большей скоростью.

— Простите, я вас не понимаю. Если ваш… статус не запрещает, я могу предложить вам одно из платий своего гардероба.

Пока мы спорили, оленёнок исхитрился открыть ставень и прыгнуть вниз.

Мы со жрицей одновременно бросились к окну, перегнулись через подоконник.

Сахарок как ни в чём ни бывало продирался через заросли сорняков. Жрица заломила руки и бросилась следом. Хорошо, не в окно, а выскочила в дверь. Как она будет искать выход, я решила не задумываться, да и нет в доме ничего ценного, чтобы беспокоиться. С деньгами я не рассталась, как говорится, ближе к телу — сохраннее будут.

Никакой шум не помешал парню отключиться, но я не нашла в этом ничего странного. Во сне восстановление организма идёт быстрее.

— Почему твой господин назвал рану смертельной, если достаточно позвать единорога? — спросила я Ёна.

— Потому что даже сотня измельчённых корней мандрагоры не заставят единорога прийти, если он не хочет. На десять призывов едва ли срабатывает один. К тому же… Госпожа, вы можете вообразить сколько стоит мандрагора?

— Дорого? — догадалась я.

— Они бесценны. Вы никогда не найдёте их в продаже, госпожа.

— Но как же их получают?

— Обменивают на какое-нибудь сокровище, чаще — серьёзную услугу.

Это же сколько денег было настрижено в тазу?!

— Мили, остывает же, — робко напомнила няня.

Я спохватилась, благодарно улыбнулась и вернулась за стол, практично порадовавшись, что кто-то свою порцию проспит, а значит, мне достанется больше."

"Интересно, Сахарок парня излечит полностью или ускорит естественную регенерацию? Как бы то ни было, поправится пациент за считанные дни. Как врач я должна радоваться, но, представив, что вечером я вернусь в пустую спальню, я заранее почувствовала себя одиноко. Всё же парень единственный, с кем я чувствую себя вольно.

Даже аппетит пропал.

Но пока пациенты здесь, надо тянуть информацию. Одна жертва спит и к допросу не пригодна, зато телохранитель он хозяина никуда не денется. Я хищно прищурилась:

— Ён, окажите любезность. Расскажите мне, какие у меня как у дочери есть гарантированные законом права?

Глава 16

Ён посмотрел на меня с непонятной растерянностью.

— Госпожа, вы действительно собираетесь подать в суд?

— Мили? — с новым ужасом посмотрела на меня няня.

Я закатила глаза:

— Почему я не могу обратиться в достойный суд за защитой? Если мой родной отец отказывается позволять мне жить, разве я всё ещё не дочь этой страны? Я обращусь к царосу!

В комнате повисла тишина.

Полнейшая, потому что гудение ворвавшейся в комнату мухи казалось громоподобным.