Айренир здесь ни при чем, он и так оберегает меня, как может.

— Ладно, я согласна. Мне есть, что сказать твоей тетке. Когда?

— Она ждет нас. Мы пришли за тобой.

Айренир крепко взял меня за руку, придавая уверенность и силы. Следом за нами тихой тенью скользил Вейрах. Похоже, он всерьез решил всегда и везде следовать за мной.

Мы молча вошли в дом Брейна. Сам хозяин остался у костра, лишь проводил нас настороженным взглядом. Эйслит давно закончила свои дела и теперь вместе со всеми слушала на площади песни местных бардов. Вейрах устроился нести караул рядом с входными дверями, а мы молча поднялись по деревянным ступеням в кабинет альфы.

Здесь ничего не изменилось с моего последнего визита. Все так же небрежно отдернуты шторы, кресло стоит чуть в стороне от стола. И зеркало. То самое, ради которого мы пришли.

Едва я приблизилась к столу, как голубоватая поверхность магического зеркала завибрировала, пошла рябью, будто вода на пруду, и вдруг осветилась бледно-голубым сиянием. Теперь вместо своего отражения я видела Джанну. Женщина сидела очень близко, так, что я смогла разглядеть на ее лице каждую черточку.

И горькие морщины вокруг рта, и темные круги под глазами… мне кажется, или она действительно постарела за эти недели? Она больше не походила на царственную красавицу. Скорее, на жертву собственных интриг. Эх, жалко, что я ее эмоции не ощущаю, это было бы интересно.

— Эльсамин… — голос Джанны звучал тихо и неуверенно, будто она сама сомневалась в правильности этого разговора. — Я… рада… что ты согласилась встретиться со мной.

— Скажите спасибо моему супругу, — сухо ответила я, — если бы не он, никакой встречи бы не было.

Джанна сморгнула, и я увидела, как по ее щеке побежала одинокая слеза. Мое сердце сжалось.

— Спасибо, — выдохнула она, — Эльсамин, нам нужна твоя помощь… Эрионар… ему очень плохо…

Я вцепилась в ладонь Айренира, не замечая, что мои ногти входят в его кожу. Но надо отдать должное моему мужу — он даже не дернулся, лишь накрыл мою руку своей, так, что мои пальцы оказались в колыбели его теплых ладоней.

— И чем, по вашему, я могу помочь? — осторожно спросила я.

— Твоя энергия может помочь ему. Пожалуйста, не отказывай… мы уже достаточно наказаны.

С тех пор, как ты ушла, мой сын будто сошел с ума. Леоверен стер все воспоминания о тебе, ведь мы не хотели, чтобы наш ребенок мучился от неразделенной любви. Но это не помогло… Вы же связаны душами, и эту связь невозможно разорвать ни временем, ни пространством. Теперь он тихо тает от тоски и сам не понимает, что с ним… из него ушла воля к жизни, его ничто не интересует.

— И как моя энергия может помочь? — с напускным равнодушием поинтересовалась я.