Бросить вызов внезапным испытаниям, чтобы получить определённый опыт и стать сильнее.

Даже в самой тяжёлой ситуации я старалась зацепиться хотя бы за крошечный плюс.

Саша стал моим… определённым опытом. Пусть и таким горьким! Но значит, так должно быть.

Именно так я себя подбадривала, и мне становилось легче от этих мыслей.

Ночевать я буду в гостиной.

Вошла туда и закрыла дверь на замок, опасаясь, что Макеев внезапно проснётся, сильно разозлится, что улизнула от него, и решит продолжить начатое, но уже в более грубой форме!

Он же пьян… И зол. Потому что я не желаю плясать под его дудку, а он этого терпеть не может.

Когда его кулак хрустнул возле моего лица, я впервые испугалась, что Александр действительно сможет поднять руку на женщину.

Никогда, даже в мыслях не было, подумать о нём такое. А сейчас стало очень страшно!

Укрылась с головой под одеялом. Вздрогнула, прокрутив в мыслях этот жуткий момент ещё раз.

Я никогда не видела его пьяным… Раздражённым и неуправляемым, чтоб настолько.

А потом он резко переключился и ему захотелось секса.

Реально, что происходит?

Может, связался с плохой компанией? Может наркотики?

Почувствовал вкус денег, власти, жизни без ограничений и слетел с катушек?

Думать об этом не хочется – это не изменит то, что уже произошло, поэтому я не хочу знать правду.

Нужно собирать вещи и бежать.

* * *Я не спала до трёх ночи, потому что находилась в постоянном страхе.

Прислушивалась к каждому шороху, держала под рукой телефон на всякий случай и больше всего переживала за маленькую дочь.

Меня измотали последние дни, в какой-то момент я резко отключилась и оставшиеся часы до утра проспала мёртвым сном, не заметив, как муж встал и начал хозяйничать за стенкой.

Открыв глаза, я услышала смех Машеньки и хрипловатый голос Александра.

Сработал материнский инстинкт. Не успев толком проснуться, я спешно бросилась к ним.

Муж и дочь находились на кухне – они завтракали, когда я вошла, запахивая на себе халат.

От увиденного больно заныло под рёбрами – это была ревность и злость. Машенька сидела на руках у Александра, а он с ложки кормил её манной кашей.

Заметив меня, малышка улыбнулась и весело помахала:

– Мамочка, пливет! А мы тут с папой завтлакаем! Он плиготовил мне кашу и бутелбоды, и обещал сводить в зоопалк.

Не заметила с какой силой сжала кулак. Саша сидел на стуле невозмутимо, бросая мне вызов своим коронным, самым суровым взглядом.

То, что я увидела в его глазах, мне очень не понравилось. Задумал какую-то подлость! Муж отоспался, выглядел сейчас иначе – ледяным, как айсберг.

– Ну здравствуй, Валентина, – стальной интонацией, – проснулась?

Я промолчала, игнорируя его. Хочется сказать так:

– Пошёл вон! И больше никогда не возвращайся!

Но это его квартира, а не моя.