— Ты почему так долго не отвечала? — предсказуемо ругает она меня, — я уже хотела отцу звонить!

— Не надо! — испуганно оглядываюсь на друзей и перехожу на родной язык, — я просто сначала телефон долго в сумке искала, случайно нажала на отбой, и потом не могла включить никак, экран не реагировал на отпечаток…

— Говорила я, что все эти новомодные телефоны до добра не доведут, — ворчит она, — надо было, как у меня, покупать простой, с большими кнопками… Сразу все видно и понятно, что куда нажимать…

Я не поддерживаю этот разговор, понимая, что это — бессмысленная трата времени. Мама безнадежно застряла во временах даже не своей молодости, а молодости моей бабушки. А та — своей бабушки. Поколениями женщины в нашей семье жили именно так: презирая все новое и думая только о семье. Такие понятия, как эмансипация, права женщин и прочее они воспринимали происками шайтана.

Я не осуждала. Это тоже точка зрения, и она имеет право на уважение.

Но сама я так жить категорически не хотела.

И потому изо всех сил училась, постигая науку психологии, чтоб в будущем попытаться жить самостоятельно. И свободно, не завися от мнения отца.

Это были поистине революционные настроения, и мне хватало ума хранить их в тайне.

Все нужно делать правильно, всему свое время… И сейчас не время бунтовать и принимать помощь Лауры в оплате поездки на Ибицу. Как бы мне этого ни хотелось.

Мои друзья стоят неподалеку, по привычке переругиваются, посматривают на меня.

А я выслушиваю очередную нотацию от мамы на тему распущенности современной молодежи и того, что раньше трава была зеленее.

У нас с ней большая разница в возрасте, она родила меня только в тридцать пять, когда уже совершенно отчаялась после нескольких выкидышей.

Единственный поздний ребенок, я была с детства под неусыпным контролем. И даже теперь, когда мне исполнилось уже восемнадцать, ничего не менялось.

— Мама, я скоро приеду, — обрываю я ее, устав слушать, — уже практически у автобуса была.

— Хорошо, жду тебя, — ворчливо соглашается мама, — у нас с папой для тебя сюрприз.

Я не очень люблю сюрпризы, особенно в исполнении моих родителей, но деваться некуда.

Торопливо прощаюсь и отключаю связь.

Поворачиваюсь к друзьям, улыбаюсь.

— Мне пора.

— Я так понимаю, мое предложение ты не принимаешь? — дуется Лаура, и я, отрицательно мотая головой, обнимаю ее.