И в этот момент ко мне по мыслеречи подключается Гепара и произносит срывающимся от волнения голосом:

— Даня, я должна приехать. Мне нужно…

— Хорошо, — отвечаю я сразу, без лишних слов. И так всё понятно.

В это время Ольга Валерьевна, переговорив с ассистентами, оборачивается ко мне:

— Данила Степанович, пройдёмте. Арена скоро будет готова.

— Пускай и всех участников интервью тоже туда проводят, — имею в виду в первую очередь Машу и Жанну Валерьевну, но и Симохин не помешает нам.

— Конечно, как скажете, — кивает княжна."

"Мы двигаемся по коридору и выходим в подготовленное для боёв помещение.

Оказывается, даже в телецентре есть арена. Всё как положено: большая стеклянная коробка — прозрачная, но прочная. Бронированные стенки, встроенная система гашения энергии. Эта коробка способна спасти зрителей от побочных эффектов техник Мастеров. Телевизионная бойня без риска для публики.

Я перевожу взгляд на Ольгу Валерьевну:

— Думаю, вам стоит продолжить съёмку.

— Вы уверены? — спрашивает великая княжна, вглядываясь в моё лицо, будто ищет признаки усталости или сомнений.

— Уверен, — киваю. — Нам нужно довести эпизод до конца.

Если мы оборвём трансляцию сейчас — зритель останется с ощущением недосказанности. И вот это ощущение мои оппоненты используют против меня уже завтра. — Я делаю быстрый жест в сторону Симохина и Питько. — Раз мы начали, то пойдём до конца. Чтобы потом не читать врущие газеты.

Ольга Валерьевна на секунду задумывается, затем коротко кивает:

— Хорошо. Тогда мы включим камеры, как только вы войдёте на арену.

Я просто говорю:

— Договорились.

Великая княжна, заметив рядом Машу, деликатно отходит — видимо, для того, чтобы мои женщины могли спокойно пожелать мне удачи.

Я обмениваюсь парой слов с княжной Морозовой, и она целует меня в щёку, шепнув на прощание пожелание удачи.

Следом подходит Жанна Валерьевна — с лёгкой улыбкой на лице и искрами иронии в глазах.

— Да уж, — говорит баронесса Горнорудова, оглядывая стеклянную арену, — не ожидала, что всё выльется в такой эпатаж.

Я усмехаюсь:

— Спасибо, Жанна Валерьевна, что вступились за меня во время вопроса про мою «уникальность». Ваше слово было очень кстати.

Она смотрит на меня хитро, по-женски, и отвечает с той самой игривой ноткой, которую от неё всегда ждёшь:

— Ты же мой любимый зять.

Как могло быть иначе?

Типичная Горнорудова. Но даже такая — нынче она на моей стороне.

Вскоре приезжает Гепара в сопровождении Камилы. И если Камила держится уверенно, с привычной грацией боевой супруги, то Гепара подходит ко мне стремительно, почти спотыкаясь на ровном месте. Сразу — ко мне. В глаза смотрит напряжённо, как будто всё ещё не верит, что это реально.

— Спасибо, мой господин… что не отдал меня этому чудовищу, — тихо говорит она.