Скажи я, что «да, избранницей» — она бы нашла, на что обидеться и там."

"Я, признаться, не очень понял, почему она дуется. Впрочем, в этом, уверен, я не одинок: она сама себя не до конца поняла. Противоречивая натура наша сударыня. При желании можно по полочкам разобрать ее детское поведение, но на самом деле ей нужна не лекция, а время. Да и на разбор полётов желания не было. У неё там ещё туша на разделку, делов не на один час. Вообще столько мяса желтого уровня — это целое состояние, на секундочку. Тем более что Красивая сама не съест столько, да и не жадная она, по-любому отдаст в род, а там уже наш отдел консервации решит, куда его девать — отдать членам рода и старшим гвардейцам как добавочный усилительный паек или на продажу, если такой потребности нет.

Так что я, попрощавшись, просто разворачиваюсь и иду обратно в лагерь.

Только выхожу на тропу — а навстречу мне Настя. Она, в отличие от некоторых, следует моим советам и чаще ходит в человеческом облике. Впрочем, она и жена — потому что покладистая, верная, со мной на одной волне.

На ней шортики и майка, босиком, рыжие волосы в беспорядке, на лице — тёплая улыбка.

А у меня в голове всё ещё всплывает другая. Вся в крови, с рыком, с жёлтыми глазами тигрицы.

Настя машет мне рукой, весело, по-летнему. Пряди волос растрёпаны — явно только из-за кустов выскочила. Тоже, видимо, охотилась.

— Даня! Ты уже собираешься в Москву?

— Ага, — киваю. — Через пару минут отправлюсь.

Задерживаюсь на мгновение — надо всё-таки сказать комплимент. Заслужила.

Да, я уже говорил ей это раньше, но с женщинами комплиментов много не бывает — особенно если хочешь, чтобы такие поступки не остались разовой вспышкой.

— Ты действительно отлично себя показала на встрече с Питоном и Багровым Властелином.

Настя смущённо улыбается и качает головой: — Да ладно тебе. Ты же рядом был мысленно и подсказывал, что говорить, как стоять… когда зевнуть, когда посмотреть сурово.

— Всё равно, — говорю я. — Ты справилась. Если бы на твоём месте была Светка, она бы точно что-нибудь такое ляпнула. Или кинулась бы на кого-то с огненными кулаками.

Нам обоим сразу вспоминается, как бывшая Соколова зарядила Ангелу промеж ног. Уже второй Организатор получил от нее по шарам.

Настя смеётся весело: — Ну, Светик — это Светик. Её лучше сразу в наступление пускать.

— Именно, — улыбаюсь я. — Кстати, я хочу разъяснить твою важность здесь. Лакомка у нас — главная по Молодильному саду, а ты — отвечаешь за безопасность лагеря. И лично за безопасность самой Лакомки.

Оборотница мгновенно становится серьёзной. Спина выпрямляется, губы сжимаются в тонкую линию.

— Принято, Даня. Я не подведу.

— Я знаю. И есть еще одно задание, — говорю. — Касается оно Красивой. По возможности вынуждай её чаще принимать человеческий облик.