Кто-то мельком глянул — и сразу отвернулся.

— Уже тигры мерещатся… Домой пора, — бурчит один, бросая окурок.

Мужики уселись на байки и умчались, рыча моторами. Видимо, протусили всю ночь в клубе по соседству — оттуда до сих пор долбит музыка.

— Домой пора, — повторил голосом байкера Шархан, и не поспоришь.

Да только развернулись в сторону машины, как из-за угла, словно из театральных кулис, появляется Арун. Индус, вечный недоброжелатель, лицо всё то же — словно задница макаки. И чего его родовые Целители не вылечат? Прямо загадка.

Шархан, увидев задолицого индуса, поднял уши в непонятках, мол, что за непонятная зверюшка.

— Верни моё лицо, Филинов! — рявкает Арун с хрипотцой, злобой и ярко выраженным акцентом. — Русский ты изверг!

Ох, будто мне мало разборок. На очереди — Франсуа д’Авилон. Да и Ангел ещё не до конца получил своё. Надеюсь, с обоими удастся пересечься на Кремлёвском балу. Не зря же я сам настоял, чтобы им прислали приглашения.

— Найми Целителя, — говорю ровно.

— Я обращался! — Арун уже почти срывается. — Они бессильны!

Я приподнимаю бровь. Серьёзно? Бессильны?

— Найди хорошего Целителя.

— Наши родовые Целители — лучшие! — огрызается он.

Ну да. Родовые, лучшие, с вековыми традициями и нулевым результатом. Типичный случай, когда гордость важнее реального эффекта. Я ведь ничего особо сверхъестественного с ним не делал — просто немного подрихтовал физиономию с помощью геномантии. Чуть сбил симметрию, чуть сместил пропорции — и вуаля, человек-зад макаки готов. Исправить можно, просто нужно нестандартное решение. Но у Целителей рода Раджвирани, видимо, всё с этим туго.

— Ну и что ты хочешь от меня? — спрашиваю.

Вообще-то странно, что он один. Без своих шавок, без охраны, без гвардейцев-дуболомов. Запыхавшийся, взмыленный. Весь такой вымотанный, будто кросс бежал.

Проследил за мной? От самой усадьбы? Психанул, сорвался, решил действовать на горячую голову, не дождавшись своих людей? Похоже. Значит, есть у Аруна с собой пара козырей.

Шархан двигает ушами и смотрит на индуса:

— Ну и…? — моим голосом повторяет тигр.

— Если ты пришёл получить по шее — ты по адресу, — говорю. — Но у меня утренний настрой. Лучше не порти.

Арун вытаскивает из кармана кроваво-красный кристалл. Пальцы дрожат — от ярости или от страха, уже неважно.

— Ты меня вылечишь, — сипит он. — Иначе я тебя уничтожу.

Я смотрю на кристалл с любопытством.

— Кажется, у тебя ещё несколько эфиров осталось на «Новостном Льве», — замечаю.

Жаль, если честно. Не его — Ольгу Валерьевну. Великая княжна в него столько вложила. А он вот — с побрякушкой в руке, истерит и угрожает мне.

Ну серьёзно. Кто его за язык тянул? Угрожать мне — это не просто ошибка. Да хотя ему и так не жить — после покушения на меня.