Пусть у меня нет длинной родословной и мое скромное платье значительно уступает дорогому камзолу Его Высочества. Зато я всегда поступаю по совести и не отношусь к другим так, словно они грязь под ногами. Я ценю людей по поступкам, а не их происхождению. И уж точно смогу обойтись без метки Этерона.

Раньше ведь обходилась, да и метка появилась у меня только сегодня.

А сейчас я покину дворец, отправлю весть матери, чтобы она не переживала за меня и буду добираться до дома. Как-нибудь уж справлюсь. И работу новую найду, и дом куплю сама, а не с чужой подачки.

А от Его Высочества мне ничего не надо после того, как он обошелся со мной. Жаль только, что императором станет такой жестокий и эгоистичный мужчина, неспособный даже вежливо отказать своей истинной, хотя бы из уважения к воле богов.

Стражники привели меня в небольшую комнатку, обставленную значительно проще, чем кабинет Этерона, и видимо предназначавшуюся для слуг.

Там нас уже ждала девушка-служанка в белом переднике горничной, с забранными в тугой пучок волосами, укрытыми кружевным чепцом, и с корзинкой, наполненной всякими баночками.

– Приведи в порядок ее лицо, Белла, – коротко велел один из стражников, указав мне на деревянный стул.

Горничная кивнула, а когда мужчины вышли, впервые оставив меня без присмотра, принялась порхать вокруг, по очереди доставая из своей корзинки разные баночки.

Чтобы отвлечься от печальных мыслей и не расплакаться, я следила за ней. Сперва Белла взяла какую-то густую зеленую мазь и мою щеку защипало. Затем пришел черед белого крема и кожу обдало приятным холодом.

Горничная все делала молча, хотя глаза ее горели явным любопытством. Еще бы, если к ней привели чью-то истинную, велев замазать метку.

Я тоже молчала. Мне хотелось уже поскорее покинуть дворец и начать разгребать последствия столь внезапно свалившейся истинности.

– Готово, – закончив, горничная извлекла из той же корзинки зеркало, продемонстрировав результат своей работы.

За короткое время она успела не только закрасить метку, но и придать моему лицу ровный персиковый оттенок с легким румянцем, и даже подкрасить глаза так, чтобы они сияли.

– Спасибо! – от души поблагодарила я девушку, что первой во дворце отнеслась ко мне нормально.

– Это моя работа, – кивнула та, а потом помявшись, все же спросила. – Твой истинный… это кто-то из дворца?

– Можно и так сказать, – горько усмехнулась я. – Но надеюсь, ты никогда не узнаешь его имя. Никто не узнает.

– Жаль, что твоя сказка закончилась, так и не успев начаться, – вздохнула та, видимо поняв все правильно.

– Мне жаль, что она вообще началась, – фыркнула, размышляя о том, что делать дальше.

Сколько у меня с собой монет? Совсем мало… сомневаюсь, что их хватит на место в караване.