Мы поднимаемся на лифте и заходим в квартиру, где я сразу убегаю в ванную, умываясь холодной водой и постепенно приходя в себя. Сама не знаю, почему так расклеилась. Антон ничего не сделал мне. Не успел даже мельком прикоснуться против моей воли. Но даже сам тот факт, что он собирался изнасиловать меня, а потом отдать своим дружкам, как какой-то переходящий приз, действует на меня так, словно это случилось. Потому что они не остановились бы, не услышь я тот разговор и не позвони Киру. Мне потом несколько месяцев снились кошмары и только после онлайн разговоров с психологом стало немного полегче.

— Почему ты так испугалась, мелочь? — мрачно спрашивает Кирилл, когда я выхожу из ванной и сажусь на диван, подтянув под себя ноги. — Он ведь не связывался с тобой? Что ты скрываешь?

— Ничего, Кир. Правда. Я просто не ожидала, понимаешь? Мне все еще трудно поверить, что люди способны на такую жестокость. Я ведь знала Антона! Несколько месяцев знала! И мне никогда в голову не приходило, что с ним что-то не так.

— Когда ты уже поймешь, что не все люди хорошие, Ася? — раздраженно хмурится он.

— Никогда, — качаю головой. — Я верю в лучшее, пока меня не разочаровывают. Несколько злых людей в моей жизни не смогли поменять моих взглядов. Не все эгоисты, Кир.

— Так я, значит, эгоист?

— Что? Причем здесь ты? — стону я, видя выражение его лица. — Я в целом, Кирилл, хотя, конечно, в тебе гораздо больше эгоизма, чем во мне.

— Ну спасибо, мисс добродетель! — хмыкает он. — Кончай с этим, Ася. Я не всегда буду рядом, чтобы помочь. Повзрослей уже и пойми, что доверять нельзя никому, кроме семьи! Даже друзьям, потому что и те предадут, если дело коснется их личных интересов.

— Я не глупая! — возмущаюсь я. — И не доверяю всем подряд. Спасибо за уроки жизни, но они мне точно не нужны, Кир. Ты совершаешь ошибки гораздо чаще, чем я."

"— И какие же ошибки я совершаю, Ася? — вкрадчиво спрашивает он, садясь рядом со мной.

Слишком близко. Знает, гад, что я начинаю нервничать от такой близости. Потому что держать покер фейс — не мое. Я ничего не могу поделать с тем, что он меня волнует. Особенно, когда прикасается, словно невзначай. Вот и сейчас, положил руку на мое бедро, а я уже дышать не могу. Веки сами собой прикрываются.

— Кир, не надо…

— Что не надо, мелочь? — наклоняется к моему уху, щекоча горячим дыханием.

— Не приближайся… Пожалуйста! — практически умоляю его.

— Тогда останови меня. Ты ведь знаешь, я ничего не сделаю без твоего согласия.

— Кир…

Его губы прижимаются к моим, рука крепко держит за подбородок, но я не могу оттолкнуть его. Не хочу. Не тогда, когда все последние дни мечтала о новом прикосновении, хоть и ругала себя за это. Кир целует меня так сладко… Словно я — его любимое лакомство и он не может насытиться вкусом.